XVII чтения (2017)

XVII чтения (2017)





Программа конференции

К 90-летию Германа Хакена.

К 100-летию Ильи Пригожина.

Конференция

Мир человека: неопределенность как вызов

(XVII Фроловские чтения).

Приветствие Германа Хакена.

Акад. В.С. Степин - Человек и общество как саморазвивающаяся система.

Акад. В.А. Лекторский – Риск и неопределенность как условие человеческого бытия.

Проф. П. Плат (ФРГ) - Определенность и неопределенность в социальных системах.

Проф. Вернер Эбелинг (ФРГ) – Самоорганизация в природе и обществе и стратегии создания образа будущего.

Д.ф.н. В.Г. Буданов – Синергетические стратегии адаптации в социальных системах.

Д.ф.н. Е.Н. Князева – Неопределенности сложного мира, открывающие веер возможностей выбора.

Д.физ.-мат.н. Ю.М. Романовский - Человеческий капитал России.

Д.ф.н. В.В. Василькова – Текучесть современных базовых непределенностей.

Д.физ.-мат. н. Г.Г. Малинецкий – Синергетика и науки о человеке.

Проф. Герберт Херц (ФРГ) – Человеческие отношения в социальных системах. Синергетика как эвристика.

Д.ф.н. О.В. Плебанек – Параметры неустойчивости глобального мира и некоторые антропологические тренды.

Д.ф.н. В.Г. Борзенков – Конструктивная роль случайности в происхождении природных сложных систем.

Д.ф.н. В.И. Аршинов – Нелинейность как свойство мира сложностности.

Акад.  А.Л. Журавлев, д. псих. н. Т.Л. Нестик – Коллективный образ будущего в условиях неопределенности.

Д.псих.н. Д.А. Леонтьев – Синергетика и личность.

Д.ф.н. П.С. Гуревич – Разум в галактической перспективе.

Д.ф.н. П.Д. Тищенко - Мир человека с научной точки зрения.

К.ф.н. О.В. Попова – Этика нелинейности.

Д.ф.н. М.С. Киселева - Рефлексия неопределенности первой русской эмиграции.

Д.ф.н. И.К. Лисеев - Праксеология биоинженерии и трансформационные возможности живого - вызов философии.

Д.ф.н. Э.М. Спирова – Закрученность спирали ценностей.

Д.физ.-мат. н. И.И. Ашмарин - Неопределенность для человека в условиях социальной динамики.

Д.ф.н. В.П. Веряскина – Человек индивидуализированного общества: вызовы неопределенности.

Д.ф.н. И.А. Бирич - Образование как территория неопределенности: в плену ложных целей.

К.ф.н. Е.И. Ярославцева - Человекомерность и человекоразмерность - парадокс существования сложной системы.

Д.ф.н. А.А. Воронин - Сегодняшнее будущее - контуры и проблемы.

К.ф.н. Р.Р. Белялетдинов - Биотехнологическое усложнение человека: философские и этические аспекты.

Д.ф.н. Ф.Г. Майленова – Эпистемологические метафоры как способ познания и конструирования реальностей. Исцеляющее знание.

М.И. Фролова - Гуманистическая футурология Джона Нэсбитта.

Ёити Фудзии (Япония) - Биоэтика и марксистский гуманизм через призму социологии знания.

 

XVII ФРОЛОВСКИЕ ЧТЕНИЯ

 

ЧЕЛОВЕК В МИРЕ НЕОПРЕДЕЛЁННОСТИ


21 ноября 2017 г. Институт философии РАН и Российское философское общество провели семнадцатые Фроловские чтения, посвящённые памяти первого президента РФО академика Ивана Тимофеевича Фролова (1929 – 1999). В 2017 г. исполнилось 100-лет со дня рождения И. Пригожина и 90 лет Г. Хакену – классикам синергетики. Тема конференции: «Мир человека: неопределённость как вызов». И.Т. Фролов был в своё время одним из первых, кто в 60-70-е годы в СССР изучал проблематику самоорганизации на материале биологических систем.

Открыл конференцию акад. А.А. Гусейнов. Он зачитал приветственное письмо Германа Хакена. Г. Хакен высоко оценил сотрудничество с русскими учёными для развития синергетики.

В докладе акад. В.А. Лекторского были рассмотрены некоторые основополагающие философские вопросы: свободы воли, случайности и необходимости в контексте проблематики самоорганизации и неопределённости.

Затем выступил профессор П. Платт из ФРГ. Он подробно остановился на понятии «хаоса», рассказал о применимости синергетической методологии к изучению социальных процессов, отметив, что идея обратной связи присутствовала уже в работах Маркса.

В своё время именно в Институте человека РАН под руководством И.Т. Фролова начались первые у нас исследования по человеческому потенциалу. Доклад Ю.М. Романовского был посвящён вопросам человеческого потенциала и человеческого капитала. Он подчеркнул первостепенность этой проблематики, эффективность её применения для определения положения дел в стране. В частности, в России действуют такие негативные факторы, как «утечка мозгов», приток мигрантов из слаборазвитых регионов, высокий процент дешёвой рабочей силы, не заинтересованной в развитии производства.

В.Г. Буданов остановился на вкладе И. Пригожина и Г. Хакена в гуманитарное познание. Методы синергетики применимы к любым системам, независимо от их природы. Особенно актуальна синергетика в эпоху НБИКС-технологий, цифровой экономики, сетевых пространств, грядущей четвёртой промышленной революции.

Е.Н. Князева подчеркивала сходство между основными направлениями исследования сложности: в природе, в человеке, в обществе, роль индивидуальности, случайности в условиях максимального разнообразия. Случай (хаос) креативен как путь к новому. Сетевая парадигма эффективна при изучении солидарности, когерентности.

В своем выступлении Г.Г. Малинецкий подчеркнул междисциплинарный характер синергетики, её важность при постижении неопределённости будущего, значение познания человека для понимания перспектив развития природы и общества. Новые технологии дают неоднозначный эффект: вживление технических средств в телесность человека – способствует его свободе, или же усиливает зависимость? Г.Г. Малинецкий отметил важность идей И.Т. Фролова для преодоления дефицита ценностей и смыслов в современных ситуациях выбора.

В ряде докладов были рассмотрены отдельные аспекты синергетической методологии в применении к современности. О.В. Плебанек говорила о традиционных и новых моделях социальности, о гендерных новациях и провоцирующей роли новых технологий в условиях роста трасгендерных перспектив. В.Г. Борзенков напомнил об истории изучения случайности, о роли познания статистических закономерностей в становлении дарвинизма в XIXв. и квантовой механики в XXв. Д.А. Леонтьев остановился на идеях Выготского и Фромма о роли самостоятельного творчества в формировании человека, заметив, что с этих позиций собственно человеческое несводимо ни к биологическому, ни к социальному. Крайне перспективно изучать вопросы самодетерминации личности как сложной системы. В.И. Аршинов говорил в своём докладе о проблематике сложности и изучении сложностности, о том, в чём здесь есть сходство и различие. П.С. Гуревич вспомнил об идеях Канта о трансцендетнальном субъекте и универсальном разуме в связи с возможными перспективами человека. Т.Л. Нестик рассказал о новейших исследованиях изменений массовой психологии в условиях усложнения социальной жизни, в частности, об отмечаемом падении доверия населения к социальным институтам вообще. П.Д. Тищенко применил логические идеи фон Вригта о вероятности будущих событий к вопросу о вмешательстве познающего субъекта в развитие реальности. В.В. Василькова остановилась на роли метафоры в обеспечении междисциплинарного синтеза. Она использовала метафору З. Баумана о «текучей современности» для социологической интерпретации феномена неопределённости. В.П. Веряскина также обратилась к идеям З. Баумана, согласно которому в ситуации глобальной социальной неопределённости личность погружена в текущие проблемы и не в состоянии ориентироваться на долговременные цели.

В завершающей части конференции были заслушаны доклады биоэтической тематики по проблеме неопределённости. О.В. Попова затронула проблему неопределённости в управлении технологическим прогрессом. «Болевые точки» этого процесса чреваты непоправимыми последствиями для человека и остро выдвигают этические проблемы. Ёити Фудзии из Японии подчеркнул роль гуманизма в решении проблем биоэтики. По его мнению, трактовка гуманизма советскими шестидесятниками предпочтительнее чем западный антропоцентризм. В рамках этого подхода получили развитие вопросы экологии и воспитания человека, критика неоевгеники. Е.И. Ярославцева поставила вопрос о человекоразмерности познания. В этом путь целостного, синергийного понимания острейших проблем современности. Р.Р. Белялетдинов рассказал о применении принципов биоэтики и исследовательской этики в медицине. Особо он остановился на проблеме соотношения риска и пользы в исследованиях.

В рамках конференции прошла презентация новой книги «Институт человека: идея и реальность». В книге собраны исследования, воспоминания и документы о работе Института человека РАН (1991-2004).

К.ф.н. Г.Л. Белкина

(Институт философии РАН, Москва)


 

Герман Хакен.

Приветственное слово участникам конференции

«Мир человека: неопределенность как вызов».


Меня очень радует то, что ваша конференция посвящена как памяти Ильи Пригожина, так и мне, моей «круглой» дате. Это посвящение – большая честь для меня. Я часто вспоминаю о своих встречах с учеными из Советского Союза, особенно о тех, что состоялись здесь, в Москве. Так, во время моего первого приезда, на московской конференции в 1963 г. я познакомился с Юрием Климонтовичем, с которым мы подробно обсуждали мою теорию лазера. Юрий был научным руководителем Вернера Эбелинга, ставшего пионером теории самоорганизации. Юрий с самого начала был убежденным сторонником идеи синергетики. В России концепции синергетики встретили большой отклик, и я желаю вашим ученым дальнейших успехов в изучении самоорганизации, центральной темы синергетики.

Мы живем в мире, полном артефактов, объектов, изобретенных человеческим мозгом и созданных человеческими руками. Поэтому для нас тем более удивительно, как животные и растения создают свои структуры и функции сами собой, без зодчего или наставника. К счастью, в 1960 г. я познакомился с одной физической системой, лазером, который в моих исследованиях все в большей мере проявлял себя как показательный пример самоорганизации, действующей даже в неживой природе. Напомню, что в обычной лампочке молекулы излучают свет совершенно неупорядоченно. Если бы мы могли это услышать, это звучало бы как шум моря. В лазере, напротив, молекулы координируют свое излучение сами по себе, в итоге возникает высокоорганизованный свет, подобный чистому тону в акустике. В то же время перед нами пример перехода из количества в качество. Но каковы механизмы или принципы, лежащие в основе самоорганизации? По-видимому, скоординированные действия возможны без упорядочивания со стороны какой-либо внешней инстанции. Я здесь могу напомнить лишь о некоторых основных идеях синергетики.

Каждая рассматриваемая система встроена в окружающую среду, с которой она обменивается энергией, материей и информацией. Стоит условиям измениться, и прежнее положение может стать нестабильным в критических ситуациях. В этом случае спонтанные внутренние флуктуации становятся проверкой для новых структур, которые частично усиливаются, частично вновь отмирают. Как правило, в конкуренции (в частности, за ресурсы) верх одерживают те немногие, что представляют собой новую структуру / функцию. С этой точки зрения моя теория лазера могла бы использоваться вместе с теорией Ландау, описывающей фазовые переходы в физических системах в тепловом равновесии. В ходе моих исследований выяснилось, что принадлежащая Ландау концепция параметра порядка может быть значительно расширена. Я добавил к этой концепции принцип «порабощения», согласно которому параметры порядка определяют поведение отдельных частей системы, причем под словом «порабощение» я имел в виду чисто технический термин.

При обосновании синергетики я рассматривал всеобъемлющие аналогии в поведении систем, относящиеся не только к области физики, химии, биологии, но и к сфере гуманитарных наук, таких как социология, психология, лингвистика и экономика.

С точки зрения эпистемологии я считаю необходимым отметить три свойства синергетики:

1) образование аналогий, а также метафор в качестве фундаментального метода мышления;

2) объединение целостного мышления (ключевые слова: структура, параметры порядка) с аналитическим мышлением (ключевые слова: принцип «порабощения», флуктуации);

3) междисциплинарность.

Но вернемся к гуманитарным наукам. В них, как и в синергетике в целом, центральной темой является взаимоотношение между индивидом и общностью. В современном мире мы сталкиваемся со множеством различных параметров порядка. Некоторые развиваются очень стремительно благодаря техническому прогрессу, в частности в сфере информационных технологий. Это рождает ощущение неопределенности, воспринимаемое некоторыми практически как угроза. Однако, как показала синергетика, из ряда параметров порядка можно выбрать источник будущего развития. Да, даже от нашей собственной инициативы может зависеть, положим ли мы начало новому параметру порядка, например, новой модели мышления. Если к этому окажутся готовы другие, тогда появится что-то новое, будь то в области моды, в науке, бизнесе или же в частной жизни, в семье, в профессиональном или любительском объединении. Новое не падает с неба, оно возникает в головах отдельных людей или небольших групп. Как нам известно из исследований мозга, нашему мозгу постоянно удается поддерживать баланс между стабильностью и гибкостью – он оперирует, говоря языком синергетики, в большей или меньшей мере ситуационно, на грани нестабильности.

Находить новое – значит осмеливаться проявлять гибкость!

Е.Н. Князева

H.N.Knyazeva

Профессор Школы философии Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» и Кафедры философии и истории медицины Первого Московского Государственного медицинского университета им. М.В. Сеченова (Сеченовского университета)

helena_knyazeva@mail.ru

Неопределенность как вызов и основа для исторического творчества

 


Аннотация. В статье показывается, что неопределенности, нестабильности, флуктуации, сопровождающие процессы развития в современном мире, не просто создают нам сложности, но и являются основой для нашего индивидуального и коллективного творчества. Будущее открыто и не дано нам заранее, и во власти человека осуществлять осознанный и взвешенный выбор дальнейшего пути развития из спектра возможностей в состояниях неустойчивости или в точках бифуркации. Мир конструируется человеком и при его активном участии с учетом предпочитаемых образов будущего. Такие ученые и мыслители XX века, как Илья Пригожин и Иван Фролов, соединяли философию и науку и учили нас вырабатывать интегрирующие, холистические, междисциплинарные стратегии для понимания настоящего и конструирования будущего, руководствуясь гуманитарными ценностями и культурой разума.

Ключевые слова: бифуркация, И.Т. Фролов, Илья Пригожин, междисциплинарность, креативность, конструктивизм, нелинейность, неопределенность, открытое будущее, сложность, холизм.

Annotation:The article substantiates that uncertainties, instabilities, and fluctuations accompanying the development processes in the modern world not only create difficulties for us, but also form a basis for our individual and collective creativity. The future is open and not given to us in advance, and it is in the power of a man to make a deliberate and measured choice of the further path of development from a whole spectrum of possibilities in states of instability or at points of bifurcation. The world is constructed by men and with their active participation taking into account some preferred images of the future. Such scientists and thinkers of the 20th century as Ilya Prigogine and Ivan Frolov combined philosophy and science and taught us to develop integrative, holistic, interdisciplinary strategies for understanding the present and constructing the future, guided by humanitarian values ​​and a culture of reason.


Key words: bifurcation, Ivan Frolov, Ilya Prigogine, interdisciplinarity, creativity, constructivism, nonlinearity, uncertainty, open future, complexity, holism.



В 2000 году в бюллетене Всемирной ассоциации исследования будущего (WorldFuturesStudiesFederation) было опубликовано сообщение Ильи Пригожина с примечательным названием «Кость еще не брошена»1. Мне хотелось бы выделить некоторые наиболее важные идеи Пригожина, которые в XXI веке могут стать нам маяками для выработки стратегий познания сложности мира и исследования будущего, эффективного управления в самых различных сферах культуры и социальной деятельности. В 2017 году исполнилось 100 лет со дня рождения Пригожина, и это является для нас поводом еще раз поразмышлять над философскими выводами, вытекающими из его работ по неравновесной термодинамике и теории диссипативных систем.

Пригожин был широко мыслящим ученым и ученым-романтиком, который ценил гуманитарное знание и философию и естественным образом выходил в своих исследованиях на проблемы, которые обсуждаются в философии и с философских позиций внутри научного знания. Его философия нестабильности является соединением естественнонаучных (главным образом физико-химических) моделей неравновесных систем и мировоззренческих ориентаций. Здесь можно усмотреть некоторое существенное сходство с вкладом в науку и философию И.Т. Фролова, которого не удовлетворяла спекулятивность и трансцендентальность как характеристики классических философских учений. Развиваемая им философия человека была не трансцендентальной, а вполне посюсторонней и жизненной, базирующейся на осмыслении прогрессивных сдвигов, происходящих в биологических и медицинских науках. Один ученый шел от науки к философии, от сложности химических реакций к осмыслению сложности человека и человеческой истории (Пригожин), а другой от философии к науке и в соединении философии с наукой (Фролов); их место встречи – это та область, где происходит сегодня интенсивный рост научного знания и рождаются парадигмы, которые будут определять науку будущего. Поэтому совершенно не случайно обсуждение вклада Пригожина стало темой XVII Фроловских чтений, прошедших в ноябре 2017 года в Москве.

Открытость будущего. В своей работе Пригожин пишет: «Мое послание будущим поколениям состоит, стало быть, в том, что кость еще не брошена, что ветвь, по которой пойдет развитие после бифуркации, еще не выбрана. Мы живем в эпоху флуктуаций, когда индивидуальное действие остается существенным»2. Он обыгрывает известную эйнштейновскую метафору игральной кости для понимания, насколько случайность вмешивается или не вмешивается в процессы эволюции и можно ли ее свести к необходимости. Если с позиции Эйнштейна «Бог не играет в кости» и поэтому мы можем добиться детерминистического описания процессов в мире, сведя вероятностное описание к динамическому, безальтернативному, то в соответствии с мировидением Пригожина случайность в научном описании не может быть редуцирована к необходимости, она онтологически глубоко укоренена в мире. Процессы эволюции сложных систем на разных уровнях организации мира проходят через фазы неустойчивости и бифуркаций, когда совершается выбор дальнейшего пути развития, одного из целого веера возможностей, из спектра альтернатив. Как правило, сложная система в ходе эволюции претерпевает не одну, а множество бифуркаций, «каскады» бифуркаций (термин Пригожина), что делает будущее принципиально не предсказуемым.

Отсюда следует ряд выводов. Будущее не дано нам заранее, оно открыто. Не существует пред-детерминации исторических событий, как и нет и судьбы ни для индивидуальной жизни каждого человека, ни для течения человеческой истории. Судьба остается только как предмет веры индивидуального сознания, но не как факт, доказанный наукой. В состояниях неустойчивости вблизи точек бифуркации человек может влиять на выбор дальнейшего пути развития, более того, среда становится чувствительной к действиям групп людей или даже индивидуальных действий человека, которые могут привести к становлению новых социальных, культурных, технологических и т.п. образцов порядка. Человек способен выводить системы на предпочтительные, благоприятные пути развития. Поэтому в современном мире возникает новая стратегическая ориентация, или стратегема: необходимо внимание к будущему, будущее – это наша забота, будущее зависит от нас, наше действие может оказаться значимым для реализации предпочтительного образа будущего.

Теория сложных систем, называемая Пригожиным теорией диссипативных структур, а Г. Хакеном синергетикой (обозначение этой области, которое привилось в России), становится базисом для разработки метода объяснения хода эволюционных процессов и их предсказания, исследований будущего, методологическим и эвристическим инструментом для развития теории организации и теории управления, в том числе управления рисками, а также теории принятия решений в ситуациях неопределенности и нестабильности.

Мир как конструкция. Еще одно важное теоретическое представление, высказанное Пригожиным в его послании будущим поколениям, состоит в том, что мир не есть нечто независимое от нас, закономерностям развития которого мы должны подчиняться, мир – это то, в созидании и преобразовании которого мы непосредственно участвуем. Мир рождается и переконструируется в интерактивном взаимодействии между тем, что объективно дано и не зависит от нас, и тем, что является делом нашего сознательного творчества и проективного действия. Пригожин буквально пишет так: «Мир есть конструкция, в построении которой мы все можем принимать участие» (Пригожин И. Кость еще не брошена. С. 78). Согласно Пригожину, время тоже есть конструкт. Правило объективности (а объективность всегда была и остается стандартом научного исследования) дополняется стратегемой проективности, основывающейся на идеях конструктивизма и социального конструкционизма, ставших весьма влиятельными в современной науке и социальной практике. Пригожин 20 лет назад мастерски угадал то, что стало мейнстримом сегодняшнего дня.

В самом деле, в современной науке и практике конструктивизм, в особенности конструктивизм социальный, развертывается в мощное и влиятельное течение, в рамках которого развиваются различные социокультурные, социально-психологические, коммуникативные, психотерапевтические, управленческие практики, практики, связанные с усилением безопасности, принятием эффективных решений в состояниях неопределенности, построением сценариев будущего развития. В содержание современного понятия конструктивизма входит не только сознательное конструирование реальности, в том числе социального порядка и социальных организаций в соответствии с ценностными предпочтениями социального (индивидуального и коллективного) субъекта, но и креативность социальных институтов, введение и распространение социальных инноваций, управление рисками социального развития, прохождение кризиса и выход на желаемые пути дальнейшего. Люди как социальные актеры активно конструируют локальную и более отдаленную социальную среду, в которой хотят жить, а среда, в свою очередь, создает их, активно на них влияет, подстегивает их личностный рост.

Концептуальные истоки социального конструктивизма можно усмотреть в ряде классических социологических теорий, сложившихся в первой трети XX века. В своей понимающей социологии М. Вебер предложил различать разные типы социальных действий. Предпринимая социальное действие, индивид придает ему субъективный смысл и ориентируется на то, как оно будет воспринято и интерпретировано другими людьми, как они на него прореагируют в своих ответных действиях. Э. Дюркгейм, разработавший социологическую теорию функционального структурализма, исходил из того, что сложившиеся в социальной среде паттерны действия представляют собой социальные факты, которые обладают принудительной силой и накладывают определенные ограничения на действия, структурируют их. Социальные институты в деятельности индивидов, стремящихся к социальной интеграции, и представляют собой определенные наборы социальных фактов. Феноменологическая социология А. Шюца, в которой он соединил элементы типологии социальных действий Вебера и идеи феноменологии Э. Гуссерля, оказала значительное влияние на развитие и распространение всего этого направления. Шюц фактически спустил феноменологию Гуссерля с ее трансцендентальных высот на уровень повседневного опыта и действий людей. Интерсубъективно осмысленный мир люди творят через свои повседневные действия, обмениваясь с другими людьми своим естественным (донаучным опытом). Смыслы действия социальных акторов вырастают из взаимных поведенческих ориентаций, когда каждый индивид строит свои действия, ориентируясь на интерактивные поведенческие реакции других, на интерпретации своего действия другими.

В философии истоки конструктивизма можно усмотреть в воззрениях Дж. Вико, Дж. Беркли и И. Канта. В науке и социальной практике XX-XXI веков некоторые базисные идеи для конструктивизма можно найти в кибернетике и теории систем (Н. Винер, У. Росс Эшби, Х. фон Фёрстер), а именно идеи цикличности, обратной связи, самоотнесенности и самоконструирования3.

С точки зрения современной теории сложности представляются следующие возможности конструирования мира в активной деятельности субъекта.

Во-первых, это решающая роль субъекта, установок его сознания и его ценностных предпочтений, даже единичного человеческого действия, в выборе возможных путей развития в состояниях неустойчивости сложной системы. Существуют два типа неустойчивости: неустойчивость в точке бифуркации, ветвления путей развития и неустойчивость вблизи обострения, момента максимального, кульминационного развития сложной структуры. Как в том, так и в ином случае система становится неустойчивой к малым, незначительным флуктуациям на микроуровне, и малое человеческое воздействие способно вывести систему на один из возможных путей эволюции, к одной из целого спектра структур-аттракторов.Осознание множественности путей развития сложных систем, наличия альтернатив напрямую связано с осознанием возможности улучшить мир, соединить поиск истины с поиском блага. Об этом писал социолог И. Валлерстайн, на которого, кстати, неоднократно ссылался Пригожин: «Мы были бы мудрее, если бы формулировали наши цели в свете постоянной неопределенности и рассматривали эту неопределенностьне как нашу беду и временную слепоту, а как потрясающую возможность для воображения, созидания, поиска[выделено мною – Е.К.]. Множественность становится не поблажкой для слабого или невежды, а рогом изобилия сделать мир лучше»4.

Во-вторых, человек способен сокращать длительный и многотрудный путь эволюции к сложному путем резонансного возбуждения желаемых сложных структур. Определив параметры порядка сложных систем, он может смоделировать, рассчитать или качественно определить возможные структуры-аттракторы для этих систем и посредством малых, но топологически правильно организованных – резонансных – воздействий выводить процесс развития на желаемые структуры. Это одна из идей, которая была выдвинута С.П. Курдюмовым и развивалась в наших совместных работах5.

В-третьих, человек может активно вмешиваться в процесс конструирования сложных структур и относительно простых, в процессе их коэволюции, совместного и устойчивого развития. Один из принципов синергетического холизма – это принцип топологически правильного, резонансного соединения относительно простых структур в сложные устойчиво эволюционирующие целостности с тем, чтобы ускорить темп развития образовавшейся единой сложной структуры и приблизить желаемое будущее. В результате резонансного объединений единая структура в итоге приобретает более высокий темп развития, чем темп развития самой быстро развивающейся структуры до объединения. Выгодно развиваться вместе, ибо это приводит к экономии вещественных, энергетических, духовных затрат.

В-четвертых, сложные системы имеют не только некоторую глубину памяти, но и притяжение будущего, структур-аттракторов, определяемых собственными свойствами этих систем, и человек может конструктивно использовать это притяжение будущего, когда происходит попадание в конус определенного аттрактора.

Бифуркации – индикатор жизненности системы. Еще одна важная мысль, которую проводит И. Пригожин в своем послании – то, что «бифуркации являются одновременно показателем нестабильности и показателем жизненности какого-либо рассматриваемого общества. Они выражают также стремление к более справедливому обществу» (Пригожин И. Кость еще не брошена. С. 79). Прохождение через точки бифуркации открывает для человека новые возможности. Для того, чтобы быть готовым к испытанию новых возможностей, не нужно бояться нестабильностей, флуктуаций, случайностей. Целый комплекс представлений теории сложных систем лежит за этим выводом Пригожина. Перечислю их кратко:

  1. Жить в мире, которому свойственны бифуркации, - значит понимать его наполненность неопределенностями и случайностями. Случайность креативна, поскольку открывает возможность человеку для созидания и преображения мира.

  2. Идущий еще из кибернетики принцип гласит: разнообразие элементов есть основа устойчивости системы. Принцип необходимого разнообразия (requisitevariety) был сформулирован У. Росс Эшби в работе «Введение в кибернетику» (1956). Свертывание разнообразия пагубно для системы, а поддержание разнообразия повышает адаптационные возможности системы, ее выживаемость.

  3. Сами структуры не жесткие «кубики» мира, а, скорее, структуры=процессы, т.е. структуры, постоянно перестраивающиеся, трансформирующиеся, объединяющиеся или распадающиеся. Динамика структур как способ их жизни базируется на неопределенностях и случайностях.

  4. Эволюция систем происходит циклами. Смена разных состояний или способов порядка (организации) есть кризис. Без кризисов, без попадания в состояния неопределенностей, в точки бифуркации развитие систем невозможно. Кризис – это не аномальная, а естественная фаза развития систем, путь их внутренней жизни. Более того, кризис не есть некий негативный период, который нужно пережить. Кризис – это путь к инновации. Именно на витках эволюции, в кризисные периоды ломки существующих форм организации рождаются новые лидеры, возникают новые формы жизни, социального, культурного, технологического и т.п. порядка.

  5. Феномен бифуркаций есть проявление известного системного принципа «порядок из хаоса» (Илья Пригожин), «порядок через шум» (Хайнц фон Фёрстер), «организующая случайность» (Анти Атлан), «множественное единство», “unitasmultiplex” и «плюриверс» (Эдгар Морен). В изобретенном Мореном понятии «плюриверс» содержится игра слов, отражающая концептуальный сдвиг в наших умах – от «уни-верса», единой, уникальной и однообразной вселенной к «плюри-версу», вселенной множественной, имеющей множество альтернативных путей эволюции. Всё это разные выражения известной закономерности эволюции сложных систем, выраженном Ч. Дарвиным в принципе естественного отбора, а в универсальном дарвинизме, универсальном селекционизме или глобальном эволюционизме – в необходимости умножения разнообразия элементов для устойчивого и динамичного развития системы.

  6. Бифуркации, ветвление путей эволюции – это одно из проявлений нелинейности в развитии систем. Иными проявлениями нелинейности является смена режимов и темпа эволюции и пороговость чувствительности сложных систем. Мир, в котором мы живем, является нелинейным, причем нарастающая сложность означает одновременно и увеличивающуюся нелинейность, а в нелинейном мире вероятность осуществления даже маловероятных событий значительно повышается. Дух сегодняшнего времени замечательно отражают слова древнегреческого историка Еврипида о том, что ожидаемое не случается, а неожиданному Бог открывает дверь.

Креативность природы и креативность человека. И в этом послании и в других свои работах Пригожин отстаивает позицию об укорененности творчества человека в творчестве самой природы, т.е. развивает натуралистический подход к творчеству. «Современные науки, изучающие сложность мира, - пишет он, - опровергают детерминизм: они настаивают на том, что природа созидательна на всех уровнях ее организации» (Пригожин И. Кость еще не брошена. С. 77).

В основе творчества как процесса рождения нового в бытии лежит случайность. Сначала нужно рандомизировать, наращивать случайности и разнообразие, чтобы потом на этой основе выбирать. А для этого надо иметь смелось допустить случайности и не бояться случайностей, флуктуаций, нестабильностей, неопределенностей. Ведь «случай, Бог-изобретатель» (А.С. Пушкин) – это, по сути наш шанс изобрести что-то новое. Случайность креативна, новизна в мире рождается через случайность, причем и случайность как Wirrwarr (нем.) – путаница, бестолковщина, ералаш, неразбериха, – о которой говорил в своем выступлении на XVII Фроловских чтениях профессор Петер Плат. Стоит возвести в правило культивировать разнообразие, лелеять случайность, специально поддерживать хаос и неопределенность, потому что забота о случайности – это забота о нашей креативности.

В качестве одного из способов усиления креативности человека обычно рассматривают развитие дивергентного мышления, т.е. способности мыслить иначе, допускать то, что кажется не допустимым. Стадиипериодического погружения в хаос(как «метафизическое единство потенций» /Шеллинг/), приобщенияк«родимому хаосу» /А.Блок/, обращения к сокровищнице возможных, воображаемых или мыслимых, но пока еще не реализованных, форм необходимы для инновационной перекристаллизации природных или человеческих систем, для обновления их организации, для возникновения новых структур (тех или других из спектра возможных, детерминированных собственными свойствами этих систем), структур-аттракторов. Великие поэты, мастера слова это прекрасно понимали. В.В. Маяковский признается: «Изводишь единого слова ради тысячи тонн словесной руды. Но как испепеляюще слов этих жженье рядом с тлением слова-сырца». Ему вторит М. Цветаева: «Когда б вы знали, из какого сора растут стихи, не ведая стыда». Подтверждение этому находим у Р.М. Рильке: «Все то, что дух из хаоса берет, когда-нибудь живущим пригодится».

И еще два концептуальных момента относительно креативности человека. Дополнительной к наращиванию разнообразия и внимания к креативному случаю, к малым подробностям и неопределенностям является способность отбора. Именно искусство критической оценки первоначального разнообразия, версий решения проблемы, различных альтернатив, искусство выбора главного наряду с умением генерировать первоначальное разнообразие рассматривают в качестве основного признака креативности человека. Честный личностный выбор в сложных экзистенциальных ситуациях или в человеческой истории Ж.-П. Сартр сравнивал с художественным творчеством. Историческое творчество человека – не менее тяжелая и намного более ответственная задача, чем творчество поэта или живописца, и осуществляется оно именно вблизи бифуркаций в эволюции социальных систем.

Междисциплинарность – наиболее адекватная стратегия исследований. Наука в системе культуры XIX века развивается, порождая все более сложные междисциплинарные комплексы знаний. Часто именно на полях междисциплинарных исследований осуществляется конструктивный диалог между специалистами разных дисциплин, рождается новое знание, происходят прорывы в понимании мира. То, что нами открыто для природных систем, оказывается справедливым и для человека, для понимания источников его личностного роста, для человеческой истории (реконструкция событий из множества возможностей), для исследования будущего (построения сценариев будущего развития), для сетей «сверхразума», понимание новых возможностей построения гражданского общества и управления через социальные сети (Web 2.0).

В принципе и И. Пригожин и И.Т. Фролов в своих исследованиях шли путями междисциплинарности. Теория диссипативных систем и неравновесная термодинамика Пригожина – это вариант теории сложных самоорганизующихся систем, которая по своей сути междисциплинарна. И.Т. Фролов строил учение о человеке как междисциплинарное, поскольку философия у него не была отделена от биологии, биомедицины и биоэтики. Синергетика Г. Хакена с самого момента своего рождения развивалась как междисциплинарная, поскольку развитые им модели самоорганизации и становления когерентности применимы и к физическим и к человеческим сущностям и феноменам. Синергетика С.П. Курдюмова как теория сложных структур, возникающих и трансформирующихся в режимах с обострением в открытых и нелинейных средах. Глубокая интуиция ученого подсказывала Курдюмову, что режимы с обострением описывают процессы эволюции в сложных системах самой различной природы и обладают огромной общностью. Он занимался, по его собственному признанию, «поиском истины мира в режимах с обострением»6.

Основным моментом, который связывает этих ученых, было развитие ими эволюционного мышления. Идея эволюции, включающая в себя представления о нелинейности, самоорганизации, бифуркациях, становлении когерентности или правилах нелинейного синтеза структур, пронизывает все эти подходы и теории. Развитие эволюционного мышления со второй половины XIX века базировалось на эволюционном учении Дарвина, а в XX века – на синтетической теории биологической эволюции, в которой учение Дарвина было дополнено генетикой. Именно оттуда, из биологии эволюционное мышление, а вместе с ним и биологическое экологическое мышление, распространилось и оказалось методологически действенным инструментом в теории познания (эволюционной эпистемологии Карла Поппера, Дональда Кэпмбелла, Конрада Лоренца и их последователей), в экономике, в теории управления и принятия решений, в которых стали говорить о роли неожиданных событий, изменяющих ход исторических процессов или развертывающих социальные, экономические, финансовые ситуации в неожиданном, непредсказуемом и не всегда благоприятном направлении (Черные лебеди и wildcards). Именно закономерности биологической эволюции были переоткрыты и переформулированы в теории сложных самоорганизующихся систем, где под них были подведены и математические модели. Эволюционное мышление и экологию первоначально как часть биологического знания, а теперь как расширенный экологический подход7, выходящий далеко за пределы биологии, можно, пожалуй, рассматривать в качестве стержня, вокруг которого осуществляется междисциплинарный синтез знания сегодня.

Изучение синтетических и интегративных потенций эволюционного мышления сопряжено с изучением феномена эволюционного холизма и его основных теоретических положений и универсальных свойств сетевых структур. Эволюционный холизм становится полезным методологическим средством в познании природы, человека и в самом познании. Холизм в знании – это и есть междисциплинарность.

Сегодня всё чаще речь идет о междисциплинарности не только как теоретическом, но и практическом инструменте. Родилось понятие инженерии междисциплинарности. По сути, это новый научный рационализм или парадигма открытого разума, в которой размышления неотделимы от действий, а все познание опирается на «такую странную способность ума, как связывать» (Джамбаттиста Вико). Имеется в виду связывать различные дисциплинарные знания, а также знания и деятельность, традиции и новации. Эпистемология сложности (Эдгар Морен) неразрывно связана с прагматикой сложности: научные знания постоянно подвергаются трансформации под влиянием практических, технических, политических, культурных нововведений. Ключевым словом становится также «моделирование сложности». У нас нет иного доступа к миру сложных систем, как построение моделей этих систем. «Мы размышляем только на основе моделей» (Поль Валери). Нам ничего не дано, но всё мы должны сконструировать (Гастон Башляр). Традиционный постулат объективности заменяется постулатом проективности. Процедура открывания сложного мира заменяется техникой дизайна, воплощения воображаемого и конструирования желаемого. Эпистемология, а равным образом и науки об обществе, образовании, управлении, организации, становятся конструктивистскими.

За культуру разума и мира! Ученые, развивающие теорию сложных систем, являются в той или иной мере оптимистами в отношении будущего. Их оптимизм базируется, во-первых, на понимании того, что человек может осознанно, со знанием дела и руководствуясь гуманитарными ценностями влиять на выбор путей дальнейшего развития в периоды неустойчивости, вблизи точек бифуркации, а, во-вторых, на том теоретическом выводе, что флуктуации, незначительные изменения, а для истории это действия отдельных индивидов, могут стать существенными и повернуть историю в новое русло.

Пригожин верит в торжество культуры разума над иррациональными мотивами и действиями и культуры мира над культурой войны, а также в то, что сметающий несхожести, универсализирующий ветер глобализации не уничтожит разнообразие культурных традиций и образов жизни народов. Задачу будущих поколений он видит в том, «чтобы найти узкий путь между глобализацией и сохранением культурного плюрализма, между насилием и политическими методами решения проблем, между культурой войны и культурой разума. Это ложится на нас как тяжелое бремя ответственности» Пригожин И. Кость еще не брошена. С. 82).

Морен более осторожен и называет себя опти-пессимистом, ибо поскольку само сложное мышление отвергает альтернативное противопоставление между оптимистом и пессимистом8. Лишь тот может быть оптимистом, кто испытал на своем собственном жизненном опыте всю глубину личностной и социальной трагедии, отчаяния, понимания безысходности. И, напротив, пессимистично настроен тот, чей взвешенный анализ даже относительно благоприятной социальной или личностной ситуации позволяет увидеть нереализованные возможности более благополучного исторического развития событий или множество волнующих возможностей на личном жизненном пути, кто живет не только в реальном, но и богатом виртуальном мире, в котором явственно представляется и как будто проживается (по крайней мере, в сновидениях и грезах) целый спектр неосуществленных, до сей поры нереализованных или уже нереализуемых, безвозвратно утраченных возможностей. Кроме того, оптимизм, как и пессимизм, будучи выраженными в их крайней форме, имеют негативные моменты. Оптимисты видят только решения, а не новые проблемы, которые они создают; а пессимисты видят только проблемы, а не новые их решения. В этом смысле позиция опти-пессимиста является выигрышной.

Курдюмов занимал оптимистическую позицию, будучи убежденным в том, что установление конструктивных принципов нелинейного синтеза сложных структур даст нам возможность конструировать будущее, направляя развитие сложных систем в наиболее благоприятные для человечества и вместе с тем реализуемые русла истории. В своем выступлении на конференции в Суздале в 2003 году он сказал: «Во времена Эйнштейна дамы в кринолинах изучали теорию относительности. Во всех гостиных бурно обсуждались проблемы парадокса времени. Взгляды Эйнштейна вызывали огромный общественный интерес. Почему же в наше время широко не обсуждать современные проблемы устойчивого развития? Не нужно ждать с поникшей головой новых глобальных катастроф, а нужно попробовать смоделировать другой путь развития мира».9

Степень оптимистичности в отношении будущего, конечно, может различаться у разных ученых, но вряд ли можно сомневаться в том, что в созидании будущего мы можем принимать активное участие. Это, как говорят сегодня футурологи, 4Pfutures, т.е. possible, probable, preferable, participatoryfutures, возможное, вероятное, предпочитаемое и партисипационное будущее. Варианты будущего развития просчитываются нами, и выбор пути к наиболее благоприятному образу будущего, конструирование трендов в соответствии с гуманитарными ценностями – это ответственность каждого из нас.


 






1 Эта работа И. Пригожина опубликована в настоящей книге (См. с. …). Впервые эта работа вышла в книге «Синергетическая парадигма. Нелинейное мышление в науке и культуре» (2002) в моем переводе.

2Пригожин И. Кость еще не брошена. // Синергетика. Антология. Эволюционная эпистемология. Антология / Научный редактор, сост. Е.Н. Князева. М.: Центр гуманитарных инициатив, 2012. С. 80. (Далее ссылки на эту работу в тексте: Пригожин И. Кость еще не брошена…).


3 См. об этом: Князева Е.Н. Эпистемологический конструктивизм // Философия науки. Выпуск 12. Феномен сознания. М.: ИФ РАН, 2006. С. 133-153.

4Валлерстайн И. Конец знакомого мира. Социология XXI века. М.: Логос, 2003. С.326.

5 См.: Князева Е.Н., Курдюмов С.П. Основания синергетики. Синергетическое мировидение. М.: УРСС, 2018.

6 См.: Князева Е.Н., Куркина Е.С. Мыслитель эпохи междисциплинарности // Вопросы философии. 2009, № 9. С. 116-131.

7 См.: Князева Е.Н. Расширенный экологический подход: сети жизни, познания, разума и коммуникации // Філософія освіти. 2016. № 1 (18). С. 163-188.

8Morin E. Le complexus, ce qui est tissé ensemble // Réda Benkirane. La Complexité, vertiges et promesses. Paris : Le Pommier, 2002. P.24.

9КурдюмовС.П.Иглоукалаваниемира. http://spkurdyumov.ru/what/igloukalyvanie-mira/ Дата обращения 02.05.2018.

Г.Г. Малинецкий

G.G. Malinetsky

Институт прикладной математики

им. М.В. Келдыша.


Синергетика и наука о человеке.


Мы плывем в морях, еще не нанесенных на карту. Мы гораздо больше знаем об ошибках прошлого, чем об опасностях ближайшего будущего. Потребуется неизмеримые коллективные усилия, чтобы выработать ясную стратегию преобразований.

И. Валлерстайн

В историю науки последние 60 с лишним лет войдут, вероятно, как эпоха междисциплинарных подходов, ведущими из которых являютсякибернетикаи синергетика.

Определяя синергетику, один из её основоположников – Герман Хакен – вложил в этот термин два смысла.

Во-первых, это теория самоорганизации, выясняющая, каким образом у целого появляются свойства, которыми не обладают его части.

Во-вторых, это подход, развитие которого требует творческого взаимодействия представителей естественных и гуманитарных наук, математиков (а сейчас можно добавить – инженеров, технологов, руководителей, экспертов).

Сегодня синергетика представляет собой популярный среди исследователей состоявшийся и активно развивающийся подход, лежащий на пересечении сфер предметного знания, математического моделирования и философской рефлексии. О большом интересе научного сообщества к теории самоорганизации позволяет судить число книг, раскрывающих различные аспекты теории самоорганизации и её приложений. В серии книг SpringerSeriesinSynergetics, издававшийся под редакцией Г. Хакена, вышло более ста томов, в серии «Синергетика: от прошлого к будущему», выпускаемой с 2002 года по инициативе выдающегося специалиста в области математического моделирования член-корр. РАН С.П. Курдюмова издательством УРСС, уже вышло около сотни книг на русском и испанском языках [1].

Синергетика оказалась «ключом» для очень многих «замков» – от фундаментальных проблем естественных наук до ряда высоких технологий, которые сейчас у всех на слуху. Однако посмотрим мысленным взором на «карту нашего незнания». Выглядит она очень странно. Очень много известно о спинах, электронах, далеких галактиках, и на удивление мало мы, собственно, знаем о человеке. Вспомним три классические кантовские вопроса: «Что я могу знать? Что я должен делать? На что я могу надеяться?» В ответах на эти вопросы за два с лишним века со времени публикации «Критики чистого разума» (1781) и наука, и философия не слишком далеко продвинулись. Символично, что и «Институт человека», созданный выдающимся философом И.Т. Фроловым, оказался «слит» и «влит» в другую организацию, несмотря на то, что, вероятно, и главные возможности, и основные угрозы XXI столетия будут связаны именно с человеком.

Чтобы убедиться в точности такого взгляда достаточно пролистать работы Гегеля по философии религии, культуры, этике и эстетике и сопоставить их с «Философией природы». Последнюю современная наука оставила далеко позади, отправив в архив исторических артефактов. Первые, по сути, не превзойдены, и до сих пор обсуждаются, переосмысливаются и находятся с центре внимания. Содержательная рефлексия на тему человека оказалась очень высоким барьером.

Вспомним одно из наиболее известных суждений Гегеля: «Предмет философии, в отличие от предметов частных наук, не является чем-то заранее определенным. В случае частных наук предмет исследования известен до того, как начинается само исследование… В философии дело обстоит иначе… Философия открывается вопросом о себе самой» [2].

Вероятно, и в XXI веке философия будет переопределять свой предмет. Скорее всего, в науке нас ждет большая переоценка ценностей, в результате которой в центре внимания окажется проблема человека, понимаемая в разном контексте. По-видимому, в первой половине столетия этот контекст будет связан с личностью, индивидуальностью, сущностью человека (императивом дельфийского оракула: «Человек, познай самого себя!»). Во-второй − с взаимодействием между людьми, с исследованием и конструированием различных общностей.

Альберт Эйнштейн считал, что для развития науки нужно «внешнее оправдание» и «внутреннее совершенство». Естественно считать, что эйнштейновская формула относится и к такому роду интеллектуальной деятельности, как философия. Мало сомнений в том, что знание и понимание природы человека, его сущности, ограничений, совершенствования, пределов его возможностей и перспектив «конструирования» уже в ближайшие годы приобретут огромное значение.

Цель этих коротких заметок, − взглянуть на карту незнания и обратить внимание на некоторые «замки», которые, возможно, откроются «ключом синергетики».


Являемся ли мы машинами?


Настоящая опасность не в том, что компьютеры начнут мыслить как люди, а в том, что люди начнут мыслить как компьютеры.

С. Харрис



Философия в прошлые века генерировала всё множество ответов на фундаментальные вопросы, касающиеся Природы, Общества, Человека, которые затем подтвердились или отбрасывались наукой, давала начало различным традициям. Одна из них – глубокая, конструктивная и плодотворная – была заложена в XVII веке – столетии классической научной рациональности. Этот век начинался Галилеем и Декартом, а заканчивался Ньютоном и Лейбницем. Без преувеличения можно сказать, что более половины того, что сегодня осваивают студенты естественных и инженерных профессий, в XVII веке уже было известно.

Рэне Декарт полагал, что животные – это просто достаточно сложные машины, − у них нет души. Душа некоторым образом связана с Богом. И если, следуя совету Декарта, мы подвергнем это утверждение (которое наука в настоящее время не может ни доказать, ни опровергнуть; вспомним принцип фальсифицируемости) рациональному сомнению, то выходит, что мы с вами мыслящие машины.

В классической работе «О методе» Декарт выдвинул гипотезу, что существует общий метод для решения всех математических задач. Эта гипотеза оказалась удивительно плодотворной. И в несколько более узкой формулировке она была поставлена Давидом Гильбертом на Парижском математическом конгрессе в 1900 году в числе 23 проблем, которые во многом определили развитие математики в ХХ веке.

В XVII столетии был совершен прорыв в прикладной, а затем и в теоретической механике. Без преувеличения можно сказать, что символом этого столетия стали часы. Благодаря гению Гюйгенса они и прошли в этом веке путь от башенных курантов до карманных хронометров.

Эта традиция была продолжена Леонардом Эйлером, заложившим основы теории управления и вариационного исчисления. Видимо, время этих областей науки пришло. Классическую задачу о нахождении кривой, по которой материальная точка под действием силы тяжести сможет пройти путь от точки А до точки В за минимальное время (задача о брахистохроне) решили Бернулли, Гюйгенс, Лейбниц, Ньютон, Лопиталь.

Эта тенденция мыслить сложные системы как некоторые механизмы, предназначенные для решения тех или иных задач, была развита в первом междисциплинарном подходе – кибернетике.

Начиная с Фрэнсиса Бэкона (1561-1626), размышлявшего об организации и приложении результатов научных исследований, и кончая социологом и методологом Огюстом Контом (1798-1857) развивались представления о дисциплинарной организации науки. Дисциплинарная организация исследований была большим шагом вперед, − сосредоточившись на одном предмете, можно продвинуться дальше, чем осваивая несколько научных дисциплин и размышляя над более широким кругом проблем. В качестве методологии, подхода, способного сформулировать общий, междисциплинарный взгляд, а иногда и в качестве «науки всех наук» мыслилась философия.

Норберт Винер, опираясь на «машинную метафору», вместе с рядом коллег предложил подход, рассматривающий общие закономерности управления и связи в машинах, живых организмах, в обществе. Кибернетика предложила ряд общих понятий – гомеостаз, обратная связь, «черный ящик», управление разнообразием – и набор математических моделей, позволявших перейти от общих идей к конкретным научным результатам или конструкциям.

Этот взгляд, оказавшийся очень плодотворным, во многом вырос из решения прикладных задач, с которыми имел дело Винер и его команда, которые были связаны исследованиями патологий нервной системы, проектированием занятых комплексов, автоматизацией управления боевыми действиями. На этом пути были созданы компьютеры, ставшие символом всего ХХ века.

Норберт Винер прекрасно понимал ограниченность выдвинутого им подхода и, заглядывая в будущее, писал: «Быть может, для человечества было бы хорошо, если бы машины избавили его от необходимости выполнять грязные и неприятные работы. А быть может, это было бы плохо − я не знаю. К этим новым возможностям нельзя подходить с точки зрения рынка, с точки зрения денег, сэкономленных с их помощью… Современная промышленная революция должна обесценить человеческий мозг, по крайней мере в его наиболее простых и рутинных функциях. Разумеется, подобно тому, как квалифицированный плотник, квалифицированный механик или квалифицированный портной пережили так или иначе первую промышленную революцию, квалифицированный учёный или квалифицированный администратор могут пережить и вторую. Но представим себе, что вторая революция завершилась. Тогда средний человек со средними или ещё меньшими способностями не сможет предложить для продажи ничего, за что стоило бы платить деньги.

Выход один – построить общество, основанное на человеческих ценностях, отличных от купли-продажи. Для построения такого общества потребуется большая подготовка и большая работа, которая при благоприятных обстоятельствах может вестись в идейной плоскости, а в противном случае – кто знает как?» [3]

Будущее, о котором писал Норберт Винер, наступило. Компьютеры обыгрывают в шашки и шахматы чемпионов мира, а недавно начали обыгрывать и в игру го. Скорость эскадры определяется скоростью самого медленного корабля в ней. И этим «самым медленным кораблем» во многих современных системах вооружения все чаще оказывается человек. В странах-лидерах технологического развития из 100 работающих 2 заняты в сельском хозяйстве, они кормят себя и всех остальных; 10 заняты в производстве, пусть 13 занимаются управлением. Что должны делать остальные 75? Это ключевой вопрос, который предстоит разрешить в XXI веке, главная неопределенность современного мира.

Один из главных выводов синергетики состоит в том, что будущее неединственно. В точках бифуркации (от французского bifurcation – раздвоение, ветвление) прежняя траектория системы становится неустойчивой, возникает несколько путей дальнейшего развития и определяется, какой из них воплотится в реальность.

В точке бифуркации, возможно важнейшей в истории, сейчас и находится человечество.

Вопрос о сущности, перспективах и ограничениях человека, который ставил И.Т. Фролов, и оказывается главным.

Вариантов ответа на него несколько.

Первый – постараться продлить нынешнюю траекторию. В Швейцарии был проведен референдум о всеобщем гарантированном доходе. Предлагалось каждому швейцарцу ежемесячно выплачивать некоторую одинаковую для всех сумму, вполне достаточную для скромного существования. Это позволит не беспокоится о тех, для кого нет рабочих мест, кто по тем или иным причинам не может или не хочет работать. Швейцарцы проголосовали против гарантированного дохода, но в той или иной форме большинству развитых стран придется в недалеком будущем пойти на подобные меры.

Но что будут делать люди, не имеющие работы? Как гласит вековая мудрость – праздный мозг – мастерская дьявола. Можно, как в антиутопии Оруэлла «1984», занять людей бессмысленной работой. Но и это полумера.

Решение, предлагаемое американскими элитами – построение «многоэтажного мира», в котором разные регионы специализируется на разных видах деятельности, имеют разные функции в мир-системе, различную оплату за один и тот же труд, а в перспективе кардинально отличающуюся продолжительность жизни. С радикальной позиции «технологического императива», развиваемого А.В. Подлазовым в будущем в мире останется столько людей, сколько будет востребовано технологиями. Субъект и объект меняются местами… Ряд радикальных американских идеологов считают, что на Земле есть место только для одного миллиарда человек.

Всё чаще возвращаются к идее кастового общества, монархии, другим отжившим своё формам социальной организации.

Альтернативное решение – воплощение традиционных ценностей. Вспомним Библию – «для бога нет эллина и иудея» - все люди равны в главном – в праве на жизнь. Сутью ислама является справедливость. Лозунг Великой Французской революции «Свобода. Равенство. Братство». Под этими знаменами, начиная с Великой Октябрьской социалистической революции, прошел весь «короткий двадцатый век». Ирония истории состоит в том, что, начав с перехода к капитализму в 1991 году с очень высоким уровнем неравенства, Россия на мировой арене отстаивает принципы равенства, справедливости и права народов на собственный выбор. Но тогда возникает другая глобальная проблема – как накормить, обеспечить достойное существенность и безопасность 7 миллиардов человек.

Тотальная автоматизация, разворачивание машинной метафоры и её практическое воплощение не решает этой проблемы, а создает и обостряет ее. Проблема гораздо глубже, она касается сущности человека.


Синергетическая социология и новая реальность.

Человек, познай самого себя!

Надпись на храме Аполлона в Дельфах.


Классическая философия исходила из априорных представлений о человеке. Гегель считал, что человек по природе зол, Фейербах, напротив, что добр. Маркс постулировал возможность большинства рационально осознать свои классовые интересы и объединяться для их защиты (отсюда «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!»)

В классической работе о трех источниках и трех составных частях марксизма в качестве таковых рассматривались классическая немецкая философия, английская политэкономия и французский утопический социализм. С конца XIX века наука ушла далеко вперед. Стали понятны пределы применимости и принципиальные ограничения гегелевской диалектики [4]. На место универсальных качественных соображений, не обладающих предсказательной силой приходят, а кое-где уже пришли, математические модели и технологии мониторинга состояния общества. Классическая работа Адама Смита «Исследование о природе и причинах богатства народов», на которую любят ссылаться либеральные экономисты, толкуя о «невидимой руке рынка», была написана в 1776 году. По нынешним меркам Адам Смит был государственником, считавшим, что «Оборона страны гораздо важнее, чем богатство» и доказывавшим необходимость протекционистских мер, а классическая фраза про «невидимую руку», если её дочитать до конца, приобретает смысл, противоположный тому, который в неё вкладывают либералы [5].

Не вдаваясь в детали, заметим, что за 2,5 века, прошедшие со времени трудов, ставших политэкономическим фундаментом марксизма, и экономика, и производительные силы, и сами люди очень сильно изменились. Появилась математическая экономика и развитые системы государственного индикативного планирования и регулирования, статистические службы и системы электронных платежей. Попытки вернуться на столетие назад, уповать на конкуренцию и на то, что «рынок сам всё отрегулирует», которыми грешат российские либерал-экономисты, дорого обходятся странам, в которых элиты придерживаются таких представлений. (Достаточно напомнить, что по уровню валового внутреннего продукта нынешняя Россия достигла только 95% от уровня РСФСР 1990 года, её вклад в глобальный валовый продукт не превышает 3% и продолжает уменьшаться).

Утопический социализм сейчас естественно воспринимать как мечты и добрые пожелания, в то время как исторический опыт реального социализма требуют исследования и осмысления.

Стоит обратить внимание и на то, что жесткое дисциплинарное деление на экономику, социологию и политологию не очень подходит для осмысления, прогнозирование динамики современного общества, для государственного управления. Корень экономических проблем современной России лежит в олигархической социальной структуре, насаждаемой в обществе. Устойчивость ряда режимов, как показала Арабская весна, определялась не столько экономическими, сколько социально-психологическими, религиозными, идеологическими факторами.

В сфере гуманитарных и общественных наук целостный, системный, междисциплинарный подход ещё более необходим, чем в естествознании.

Важнейшими параметрами порядка общества являются смыслы, ценности, образы желаемого будущего. Именно в этой области сейчас имеет место острый мировоззренческий кризис.

Его наглядно показывает, к примеру, творчество братьев Стругацких, которые были властителями дум советской интеллигенции 1970-х годов. Молодежь зачитывалась их книгами «Понедельник начинается в субботу», «Стажеры», «Трудно быть богом». Авторы заглядывали в светлый мир коммунистического будущего – Мир Полудня. Однако прошли годы, и в интервью известному мужскому журналу Playboy Борис Стругацкий говорит : «Боюсь, что ничего более стабильного и благополучного, чем Общество Потребления, Человечество создать не способно. Худшее – сколько угодно, а лучшее нет».

В этом контексте очень показателен фильм Андрея Тарковского «Сталкер». В «зоне», оставленной на Земле инопланетянами, есть комната, в которой находится золотой шар, исполняющий истинные (а не декларируемые) желания. Подвергаясь огромному риску, люди в сопровождении проводника – сталкера – идут в эту комнату. И тут выясняется, … что либо у них нет истинных желаний, которые стоило бы исполнять, либо они боятся своих желаний.

Коммунисты ставили своей целью дать людям свободу и накормить голодных. В большей степени эти цели были достигнуты.

Но что будет далее делать сытый человек? Наука и технологии воплотили вековую мечту человечества – дали людям вторую молодость. В самом деле, если в начале века средняя ожидаемая продолжительность жизни мужчины составляла около 30 лет, то сейчас она превысила 70…

Но как проходит эта жизнь? По данным социологов, женщинам и детям российские мужчины уделяют в среднем 45 минут в сутки, в то же время у телевизоров, компьютеров, в виртуальных развлечениях – 4,7 часа в день, а в обществе своих гаджетов – 1,4 часа. Эта тенденция ухода в виртуальный мир стала мировой. Япония (2,9/1,6), Китай (3,4/2,5), США (4,3/1,9), Бразилия (5,2/3,9). Число слева от слэша – время , проводимое за терминалом компьютера; справа – время «общения» со своим гаджетом[6]. Другими словами современные электронные устройства выполняют сейчас важнейшую социальную функцию – они «убивают» свободное время не менее эффективно, чем в прежние века это делал алкоголь. В этом сейчас состоит их главная социальная роль.

Попытки создать философию кризиса привели к кризису философии постмодерна. В самом деле, в утверждении Фалеса Милетского, что «Всё есть вода» или в пифагорейском императиве «Все есть число» есть надежда на продолжение, на развитие этой традиции.

В концепции Витгенштейна, сводящей все общие утверждения к ошибкам языка или в попытке Жака Бодрийяра осмыслить настоящее и будущее как торжество «иллюзии символов», симуляции и симуляров (копий предметов, подлинника которых не существовало), нет надежды на продолжение, на конструктив и проектность.

Развитие синергетики дает надежду на будущее, на содержательные ответы на поставленные вопросы. В самом деле, в своё время Чарльз Сноу сформулировал проблему пропасти между двумя культурами – естественнонаучнойи гуманитарной. Первая имеет дело с экспериментом, оперирует развитым теоретическим и математическим аппаратом, работает с объективными закономерностями, не придает значения авторитетам и устремлена в будущее. Вторая, напротив, имеет дело с уникальными событиями, апеллируя к субъективному, ценит авторитеты и опирается на прошлое. В растущей пропасти между этими культурами Сноу видел большую опасность и для науки, и для общества, теряющего возможность опираться на науку и научную рациональность.

Философия постмодерна столкнулась с «эффектом Вавилонской башни», – мыслители говорят о разном, не слушая друг друга и используя разные языки. Достаточно пролистать труды любой большой философской конференции, чтобы убедиться в отсутствии общего фронта исследований, проблем, фокусирующих внимание сообщества, общей традиции и преемственности [7].

Выдающийся специалист по математическому моделированию, междисциплинарным исследованиям, философии естествознания С.П. Курдюмов видел в теории самоорганизации «язык концепций, понятий, моделей, объединяющий естественников, гуманитариев, математиков».

Синергетика сегодня представляется мостом между естественнонаучной и гуманитарной культурами, а представления о самоорганизации становятся всё более важным элементом научной картины мира.

Леонардо да Винчи принадлежит крылатая фраза о том, что всё работает не так, как рассчитано, а так, как сконструировано.Он называл оптику «раем для математиков».

Времена изменились, – произошел переход от мира отдельных объектов к миру систем. И сегодня с большим основанием можно говорить о том, что все работает не так, как сконструировано, а так как организовано.

Однако возможности человека администрировать и управлять сильно ограничены. По данным психологов, человек способен, принимая решение, учесть лишь 5-7 факторов или количественных показателей. Человек может творчески, содержательно работать с 5-7 людьми (именно поэтому «ближний круг» не бывает шире, а комиссии и комитеты, в которых больше 15-17 человек недееспособны).

Возможности бюрократических управленческих структур, особенно тех, в которых судьба субъекта никак не связана с результатами управляемого им объекта, также весьма ограничены. Подчас они просто опасны. Как пишет популярный философ и методолог Нассим Талеб: «Какой бы глобальной проблемой не занимался бюрократ, он не принимает её близко к сердцу».

Приходится надеяться на самоорганизацию – на спонтанное возникновение структур, упорядоченности, взаимосвязей в социальных системах. Синергетика добилась больших успехов в исследовании самоорганизации в физических, химических, биологических и многих других системах. Например, будущее нанотехнологий напрямую зависит от того, удастся ли выяснить и использовать законы самоорганизации на наноуровне, проходить путь «сверху вниз», при котором изменение условий на макроуровне приводит к самосборке структур на наноуровне.

Самоорганизация в социальных системах очень существенно отличается от той, которая характерна для естественных наук в нескольких отношениях:

  • для элементов, составляющих системы, характерна рефлексия –способность оценивать своё состояние и окружение;

  • способность ставить цели и «опережающее отражение», позволяющее заглядывать в будущее;

  • память и способность к обучению, позволяющие быстрее достигать поставленных целей;

  • большой репертуар установления связей с другими элементами, который расширился с появлением компьютерных сетей. Если Библия советовала «возлюбить ближнего как самого себя», то сети позволяют «возлюбить дальнего», как правило, в ущерб ближнему.

  • способность в ходе развития менять алгоритмы взаимодействия с другими элементами, критерии успеха, «правила игры».

Синергетика в настоящее время активно осваивает это проблемное поле. Очевидно, оно выходит далеко за пределы «машинной метафоры».

Многие научные направления прослеживали свою глубокую связь с философской традицией. Так Гайзенберг, к примеру, видел связь квантовой механики с её геометрией волновых функций с идеями Платона об идеальных сущностях и совершенных формах. В этой связи в Античности к синергетическому взгляду наиболее близок вопрос, приписываемый Сократу: «Одна песчинка – еще не куча. Две песчинки – ещё не куча, а миллион песчинок – уже куча. Где то количество, начиная с которого множество становится кучей?» Этот вопрос сейчас кажется пророческим. В теории самоорганизованной критичности – активно развивающемся направлении синергетики, которое всё чаще ставит задачи, связанные с науками о человеке – рассматривается именно эта проблема и понятию «кучи» придается конкретный смысл. Более того, различные «кучи песка» являются базовыми математическими моделями этой теории [9].

Однако реальной альтернативой «машинной метафоре» Лейбница является представление о становлении, саморазвитии, воплощении в реальность внутренних потенций. По мысли В.С. Степина, здесь основоположником следует считать Гегеля, исследовавшего саморазвивающуюся систему, которая была у него перед глазами – культуру.

Можно ли связать эти общие идеи с конкретными гуманитарными проблемами и математическими моделями? Опыт исследователей, развивающих идеи синергетики в тесном контакте с гуманитариями в течение последних десятилетий, позволяет дать положительный ответ на этот вопрос.

Приведем только один пример, связанный с проблемой альтруизма. Альтруизм – способность отдать кому-либо существенную часть своего жизненно важного ресурса. Но это, очевидно, уменьшает для альтруиста вероятность выжить и дать потомство. Поэтому, следуя логике Дарвина, через несколько поколений носители «альтруистических генов» вымрут. Однако, без некоторой доли альтруистов большинство видов просто погибнут. Как же выживают альтруисты?

Известно категорическое высказывание Гегеля: «Математика наука точная, потому что математика наука тощая». И действительно, во времена Гегеля за строгость выводов она платила небольшим количеством моделей, которые удавалось исследовать (треугольники, окружности, простейшие уравнения и т.д.), и которые были очень далеки от жизненных реалий, как правило, волнующих людей.

Однако появление и широкое распространение компьютеров кардинально изменили ситуацию. Ученым стало доступно прямое численное моделирование эволюции. Подобные расчеты были в своё время проделаны сотрудником Института прикладной математики им М.В. Келдыша М.С. Бурцевым [8]. В этих расчетах моделировалась некоторая гипотетическая планета, обитатели которой могли есть, отдыхать, сражаться, обучаться, производить себе подобных, обладали генотипом и фенотипом, а число их потенциально возможных жизненных стратегий превышало 21000 (напомним, что число атомов во вселенной по нынешним оценкам составляет примерно 1080 ).

Исследователи ожидали, что произойдет самоорганизация жизненных стратегий, неопределенность уменьшится, и в конце концов останутся «ястребы» (индивидуальное нападение на жертву при каждом удобном случае) и «голуби» (бегство при каждой встрече с хищником). Именно таковы классические модели «хищник-жертва», очень популярные в экологии.

Однако всё оказалось гораздо сложнее и интереснее. Например, возник вид, придерживающийся стратегии коллективной защиты («жаворонки») и коллективного нападения («вороны» - от известной пословицы «Ворон ворону глаз не выклюет»).

Естественно спросить, чем же закончится процесс эволюции, каков будет её финал. При этом должен, казалось бы, произойти выход на некоторые равновесные, более не меняющиеся со временем численности видов. Однако в системах такой сложности этого не происходит. Время от времени в них происходят «революции» – «и последние становятся первыми». Другими словами, виды-фавориты в ходе таких кардинальных перемен могут стать аутсайдерами, а «середнячки» выйти вперед. И у множества видов формируется в ходе самоорганизации «альтруистические стратегии – отдельные особи оказываются готовы пожертвовать собой, чтобы сохранить вид. Отчасти это похоже на логику известной теории эгоистичного гена Ричарда Докинза [10].

Очень обнадёживает поддержка идей синергетики рядом философских школ. Академик В.С. Степин считает, что именно синергетика станет ядром новой научной картины мира. В его теории глобальных научных революций, в ходе которых основания и критерии научности одной научной дисциплины меняются под влиянием другой, особое место занимает концепция постнеклассической рациональности.

Он характеризует типы научной рациональности следующим образом:

«Первый из них (классика) характеризуется особым пониманием идеалов объяснения и описания. Предполагается, что объективность объяснения и описания достигается только тогда, когда в цепочке деятельности «субъект – средства (операции) – изучаемый объект» объяснение сосредотачивается только на объекте и будет исключено все, что относится к субъекту, средствам и операциям деятельности.

Второй (неклассика) эксплицирует связи между знаниями об объекте и характером средств и операций деятельности. Объяснение и описание включает принцип относительности объекта к средствам наблюдения (квантово-релятивистская физика).

Третий (постнеклассика) расширяет поле рефлексии над деятельностью, учитывая соотносимость получаемых знаний об объекте не только с особенностями средств и операций деятельности, но и её ценностно-целевыми структурами. В явном виде учитывается связь между внутринаучными и вненаучными социальными целями и ценностями» [11].

Если первые два типа научной рациональности уже воплотились в состоявшихся научных дисциплинах (каждый из них можно проиллюстрировать на примере отдельных разделов физики), то третий тип, это, скорее, «задание на завтра».

Это задание предполагает, что наука завтрашнего дня будет опираться не только на рациональную сферу, но и на представления, приходящие из эмоционального и интуитивного пространств, будет «наукой с человеческим лицом».

Ведущую роль при этом новом синтезе предстоит сыграть наукам о человеке и теории самоорганизации. Остается надеяться, что они справятся с этим вызовом.


Институт Человека и работа с Будущим.

The more we study, the more we know.

The more we know, the more we forget.

The more we forget, the less we know.

The less we know, the less we forget.

The less we forget, the more we know.

Why study.

Student joke.

Мы находимся в мире, в котором становится все больше и больше информации и все меньше и меньше смысла.

Ж. Бодрийяр.

И основные возможности, и главные угрозы XXI века будут связаны не с техникой, а с человеком. Поэтому многие идеи и замыслы выдающегося философа И.Т.Фролова очень актуальны сегодня и принадлежат не только настоящему и прошлому, но и будущему. И в этой связи очень важен опыт созданного И.Т. Фроловым Института человека РАН (1991-2004) и уроки, которые дает деятельность этой научной организации.

Это тем более актуально, что Российскую академию наук (РАН) постигла та же судьба, что и Институт человека, – с 2013 года, в соответствии с принятым законом, она прекратила свое существование как научная организация. РАН была лишена научных институтов и была превращена в «клуб ученых».

Ещё более важно то, что она не сыграла значимой роли в предотвращении крупнейшей геополитической катастрофы – распада СССР. Генеральный секретарь ЦК КПСС, которому И.Т. Фролов направлял письмо о создании Института Человека, писал, что «Мы не знаем общества, в котором живем». И действительно, оказалось, что правящая элита не представляла ни общества, ни советских людей, ни «болевых точек» существовавшей системы в той мере, в какой это необходимо для успешного управления огромной страной. За это незнание мы заплатили и продолжаем платить очень дорогую цену.

Эти успехи тем более актуальны, что сам И.Т. Фролов, прекрасно понимая, насколько важно знание и понимание происходящих в стране процессов для власти, следуя платоновскому императиву, сам приложил огромные усилия, чтобы довести результаты российских ученых-обществоведов до руководителей страны.

В чем же дело? Почему это не получилось? Почему сейчас российская наука влачит жалкое существование, играя в стране роль «чемодана без ручки», – и бросить жалко, и нести тяжело?

В 1960-е годы имела место дискуссия о сути фундаментальной науки между выдающимся физиком академиком Л.А. Арцимовичем и президентом АН СССР, математиком, механиком, «главным теоретиком космонавтики», академиком М.В. Келдышем. В историю вошла шутка Арцимовича о том, что наука – лучший способ удовлетворить личное любопытство за государственный счёт. Иными словами, здесь делался акцент на ценностном аспекте исследований – не так важно, чем заниматься – главное делать это на высоком уровне.

Келдыш возражал, полагая, что, если рассматривать науку как важный и достаточно дорогой социальный институт, то в ней следует выделить один-два приоритета. Эти приоритеты должны быть понятны обществу и руководителям, а их реализация выводить и общество, и науку не более высокий уровень. В конечном итоге, это должно определить и направление теоретических разработок. В те годы такими приоритетами были атомный и космический проекты. Жизнь подтвердила правоту М.В. Келдыша. Практическое воплощение этих разработок сейчас обеспечивают суверенитет Российской Федерации.

«Реализация этих грандиозных проектов меняла отношение к науке и ученых к себе. Такого огромного значения для всей жизни людей, как сейчас, наука никогда не имела. Идет непрекращающийся интенсивный процесс изменения жизни под влиянием тех грандиозных достижений, каких добивается наука… Наука вселяет в нас оптимизм. Надо видеть в науке силу, которая преобразует мир», - писал М.В. Келдыш [12].

Не то сейчас. Главным показателем и целью научной деятельности научных организаций, ранее относившихся к РАН, РАМН и РАСХН, отданных ныне под начало ФАНО, является публикационная активность, а точнее, цитируемость в базах знаний WebofScience и Scopus. Это напоминает притчу о кулаке и батраке, которого хозяин заставлял перетаскивать кучу из одного конца двора в другой, а потом обратно. «Мне, Иван, твоя работа не нужна. Мне нужно, чтобы ты работал», – объяснял кулак батраку свои приказания.

Многие мысли И.Т. Фролова были пророческими. Революция в биологии и биотехнологии, которую он предвидел, происходит у нас на глазах. Именно большой проект, связанный с изучением человека и общества, проектирование Будущего, могло бы стать приоритетом отечественной науки, сравнимым по масштабу с теми приоритетами, о которых говорил М.В. Келдыш. Возрождение и развитие Института человека становится ещё более актуальным, чем раньше. Но вероятно, он должен быть более широким и опирающимся на междисциплинарные подходы, на теорию самоорганизации.

Вернемся в прошлое. «Заканчивая, я хотел бы ещё раз подчеркнуть необходимость развития внутри комплекса наук о человеке того, что мы называем «философией человека». Именно она, а не какая-либо другая отдельная наука, включая психологию, может выполнить роль интегратора в создании единой науки о человеке. Конечно, и психология нащупывает новые интересные связи между естественными и общественными науками, и в этом смысле она тоже выполняет функцию интегратора, но не в такой явной форме, как философия, которая является общей методологиейвсех наук, включая все науки о человеке», – писал И.Т Фролов [13]. В Институте человека РАН проводились уникальные исследования по биоэтике, танатологии, виртуалистике, гуманитарной экспертизе.

Тем не менее, история показала, что эти интереснейшие проблемы оказались очень далеки от главных проблем Человека и мира России, от того, что могло бы уберечь наше Отечество от катастрофы.

Выскажу крамольную мысль. Судя по всему, методология не может быть точкой сборки научных дисциплин. Человека интересует изделие, а не инструмент, с помощью которого его сделал мастер. Общество интересует результат и выход на более высокий уровень развития, а не процесс научных поисков, цитируемость статей или административные игры чиновников от науки.

Ирония истории состоит в том, что она поставила эксперимент, связанный с переоценкой роли методологии. Важным событием в истории отечественной гуманитарной мысли была деятельность Московского методологического кружка, возглавлявшегося Г.П. Щедровицким (1929-1994), развивавшего системо-мыследеятельностный подход. Представители этого кружка, убежденные в универсальности своей методологии, в новой России заняли ряд высоких административных постов, надеясь воплотить своё знание в практику. К сожалению для них, да и для всех нас, результаты оказались плачевны. И в конце концов, государственные дела вновь оказались в руках «эффективных менеджеров», эффективность которых вошла в анекдоты.

Нет пророка в своём отечестве, и поэтому можно взглянуть на крупные междисциплинарные научно-технические проекты, непосредственно связанные с человеком, которые были выполнены или реализуются сейчас за рубежом.

Например, в США в течение нескольких десятилетий выполняется проект «Геном человека», связанный с анализом наследственности и секвенированием геномов людей, животных, растений. Проект междисциплинарен – он потребовал усилий биологов, химиков, специалистов по суперкомпьютерам и большим данным, врачей, юристов, экономистов, социологов. Кроме огромного объёма данных и перехода медицинской генетики на новый уровень одним из результатов проекта стали новые технологии секвенирования генома. За 10 лет цена этой процедуры снизились в 20 тысяч раз и сейчас составляет менее 1000 долларов. Исследование, находившееся на переднем крае науки, стало рутинным медицинским анализом. Реализация этого проекта кардинально изменила фармацевтику, правоохранительную сферу, многие военные технологии, открыло путь к персонализированной медицины. Этот проект изменил отношение значительной части американцев к своему здоровью, что сделало возможным реформу здравоохранения, предложенную Обамой. Каждый доллар, вложенный в этот проект, во многом меняющий жизнь людей, уже дал более 140 долларов прибыли …

От начинающегося сейчас междисциплинарного научного проекта «Коннектом человека», направленного на исследование структуры и механизмов функционирования мозга, ждут ещё более масштабных результатов.

Есть ли сравнимые по научной значимости, масштабу и важности междисциплинарные проблемы, которые могли бы решаться в будущем Институте человека, которые могли бы изменить к лучшему отношение к науке в России?

Думаю, что сейчас такая проблема есть. Институт Человека был устремлен в Будущее. Но как мы можем повлиять на будущее, изменить его? Естественно, общаясь с людьми Будущего – школьниками и студентами. Воспитание и образование – главные инструменты, позволяющие передать в грядущее наши смыслы и ценности, проекты и жизнесберегающие технологии.

По-видимому, одна из первых формулировок возникающей здесь проблемы была осознана одним из создателей квантовой механики Евгением Вигнером в 1950 году в его работе «Пределы науки»: «Я считаю, что некий запас знаний разумно назвать «нашей наукой» в том случае, если найдутся люди, способные выучить и использовать любую часть их, люди, которые бы жаждали овладеть каждой частью, даже сознавая, что это выше их сил, при условии, если есть достаточная уверенность, что отдельные части свода знаний не противоречат друг другу, а образуют единое целое… Если предложенная выше формулировка приемлема в качестве более или менее точного описания того, что можно понимать под «нашей наукой», то ограничения нашей науки кроются в человеческом интеллекте, в объеме его интересов, способности к обучению, памяти, общению с себе подобными»[14].

Чем дальше, тем серьёзнее становится эта проблема. В своё время в университете Феникса (США, штат Аризона), где есть известная школа кардиохирургов, я поинтересовался на медицинском факультете, – сколько времени пройдет с момента, когда студент переступит порог университета до того, как он сам начнет делать операции на сердце. Примерно 15 лет, – услышал я в ответ. Иными словами, большая часть активной жизни уходит в ряде областей только на то, чтобы освоить уже созданные технологии.

Специалисты по военной технике утверждают, что для надлежащего использования ряда систем вооружений в обучение специалистов, которые должны делать это, в обучение и поддержание их квалификации требуется вкладывать не менее 10% от стоимости оружия, которым они должны владеть. Цена стратегического бомбардировщика $ 150 млн., атомной подводной лодки $ 1млрд. Получается немало…

Профессионалы в разных областях – математике, медицине, системном программировании, отвечая на вопрос о необходимом объёме знанийв их области, называют примерно один и тот же объём – около 10 тысяч страниц.

В Австралии, Англии, Канаде, чтобы работать врачом, нужно каждые 1,5 годасдавать профессиональный экзамен по материалу примерно такого же объема (материал обновляется каждые полгода – появляются новые знания, данные, лекарства, технологии).

У большинства людей просто нет времени в жизни, чтобы выйти за пределы своей специальности, освоить другую дисциплину и соответствующие ей 10 тысяч страниц.

В истории философии часто рассказывают о том, как в платоновскую академию, на воротах которой было начертано «Негеометр да не войдет», явился царский сын. День позанимавшись геометрией, он поинтересовался, нет ли более простого способа освоения всей этой премудрости. «В геометрии нет царского пути!» – услышал он гордый ответ философа.

Красивая легенда. Однако, если мы не найдем «царского пути», алгоритмов намного быстрее и эффективнее учить, учиться и использовать имеющиеся знания, а также разбираться, что нам действительно следует исследовать из неведомого, то развитие остановится, и начнется откат. Нынешний кризис мультифакторной производительности (труда и капитала), характерный для США и ряда других стран-лидеров технологического развития, показывает всю серьезность этой проблемы [15].

Но, может быть, проблема не имеет решения, и мы обречены на откат в Новое Средневековье с распадом единого пространства знаний и технологий и лигой врачей, сектой математиков, альянсом химиков?

Судя по всему, имеет. Беда в недооценке пропасти между культурами, дисциплинами, цивилизациями. Неосознанность проблемы не позволяет объединять усилия для её решения.

Другая сторона той же медали, – разрыв связи между поколениями – «Порвалася времен связующая нить…». Кризис воспитания не позволяет передать в будущее смыслы и ценности, что приводит к деградации общества и социальных институтов – «имплозии смыслов», подмене истинного и подлинного симулякрами и гиперреальностью, по выражению Ж. Бодрийяра [16].

Казалось бы, существуют педагогические науки, соответствующие институты, академии и традиции. Но тут вспоминается крылатая фраза американского президента, который сам был военным: «Мнение военных, даже по военным вопросам, не стоит ни цента». Если перевести на более привычный язык, то это означает, что междисциплинарные проблемы (а войны затрагивают все сферы жизнедеятельности и связаны именно с ними) не имеют удовлетворительных решений на дисциплинарном уровне.

Вернемся к нашим палестинам. Хотим мы того или нет, но пока мир-система развивается по сценарию, названному С. Хантингтоном «столкновение цивилизаций» [17]. И нынешние санкции, направленные против России, – лишь тому подтверждение. Даже если мировой войны удастся избежать в ближайшие полвека, мир останется ареной острейшей конкуренции и столкновения интересов различных групп стран.

Важнейшим конкурентным преимуществом в современном мире становятся технологии, а также люди и организации, способные их создавать. Купленные или заимствованные технологии не могут обеспечить национальный суверенитет. Надо иметь и развивать свои. Следовательно, Россия, желая остаться субъектом, а не объектом в истории должна иметь систему образования мирового уровня.

Можно напомнить слова Барака Обамы, сказанные им вскоре после того, как он стал президентом США. Он заявил, что будет оценивать уровень средней школы страны по единственному параметру – числу американских школьников, занимающих первые места на международных олимпиадах. По его мысли, именно страна, которая способна готовить таких ребят, будет править миром через 20 лет.

В новой России были проведены впечатляющие образовательные реформы – гуманизация, гуманитаризация, информатизация, интернетизация, егэзация, болонизация. Каждая из этих реформ снижала уровень отечественного образования, который сейчас, говоря словами молодёжи, стал «ниже плинтуса». Это подтверждают и международные соревнования. Если советские школьники были лидерами, то по тесту PISA, ориентированному на среднего школьника, например, по данным 2012 года по знаниям математики и умению их применять российские ребята занимали 34 место, по естественным наукам – 37. По другим оценка знания российских школьников оценивается ниже среднего мирового уровня при больших трудозатратах.

Мне в 2017 году, преподавая магистрам I года по специальности «нанотехнология» (5 курс по-старому), пришлось обучать их теореме Пифагора, биному Ньютона, теореме косинусов. Если считать, что образование - это то, что остается, когда все выученное забыто, то образования у них просто нет. Видимо, на предыдущих этапах учебы они всё успешно сдали, но ничего себе не оставили. Во всяком случае, по знанию математики студенты из Эквадора были на много голов выше наших.

Система образования нашей страны уже третье десятилетие является полигоном «бессмысленных и беспощадных» (с точки зрения национальных интересов России) образовательных реформ. Академическая наука отстранена от дел образования. Попытки организовать большие системные проекты, связать воедино образование, науку и технологии [18] пока успешно игнорируются… Ни в 8 приоритетных направлениях, ни в 27 критических технологиях, заявленных Министерством образования и науки, гуманитарное знание вообще не фигурирует.

Однако, научные идеи, вдохновляющие проекты, дерзновенные мечты в конце концов обычно преодолевают и сопротивление бюрократического аппарата, и непонимание элит (или приводят к их замене). Наверно, на таких проектах, идеях и мечтах и стоило бы сосредоточить внимание будущего Института человека, да и всего научного сообщества России. Быть может тогда и исполнится пророчество И.Т. Фролова: «Что касается будущего, причем весьма отдаленного, то в этой области, как я думаю, предстоят крупнейшие события – может быть самые крупные за всю историю науки, которая вступит тем самым в «век человека», когда вся мощь научного знания обратится к человеку как своему главному объекту».



Литература.


  1. Малинецкий Г.Г. Пространство синергетики: Взгляд с высоты. М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2013. – 248с. – (Синергетика: от прошлого к будущему №60).

  2. Степин П. Гегель за 90 минут. – М.: ООО «Издательство Астрель»; ООО «Издательство АСТ», 2004, с.62-63.

  3. Винер Н. Кибернетика, или управление и связь в животном и машине. – М.: Советское радио, 1958. с.40,41.

  4. Чернавский Д.С. Синергетика и информация: Динамическая теория информации. Изд.3-е. – М.: ЛЕНАНД, 2017. – 304с. – (Синергетика: от прошлого к будущему №13).

  5. Щербаков А.В. Мифология Адама Смита (о чем на самом деле книга «Исследование о природе и причинах богатства народов»). – М.:Грифон, 2016. – 64с.

  6. Большой информационный взрыв // Русский репортер, 2017, 13-27 марта, с.52-53.

  7. Батлер-Боудан Т. 50 великих книг по философии. – М.: Эксмо, 2014. – 576с. – (Технология. Антология мысли).

  8. Малинецкий Г.Г. Чтоб сказку сделать былью… Высокие технологии – путь России в будущее. – М.: УРСС, 2014. – 224с. – (Синергетика от прошлого к будущему №60; будущая Россия).

  9. Бак П. Как работает природа: Теория самоорганизованной критичности. – М.: УРСС, Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2014. – 276с. – (Синергетика: от прошлого к будущему №66).

  10. Докинз Р. Эгоистичный ген. – М.: Издательство АСТ:COPRUS, 2017. – 512с.

  11. Человек. Наука. Цивилизация. К семидесятилетию академика В.С. Степина. – М.: Канон+ , 2004, с.67,68.

  12. Келдыш М.В. Творческий портрет по воспоминаниям современников. – М.: Наука, 2007, с.7

  13. Фролов И.Т. На пути к единой науке о человеке / Институт человека: Идея и реальность / Отв. ред. Г.Л. Белкина, Ред.-сост. М.И. Фролова. – М.: ЛЕНАНД, 2018. – с.36.

  14. Вигнер Е. Этюды о симметрии. – М.: Мир, 1971, с.172-173.

  15. Гурова Т., Полунин Ю. Наступление синих воротничков // Эксперт, 2017, №3, с.12-17.

  16. Бодрийяр Ж. Симулякры и симуляция. – М.: ПОСТУМ, 2017. – 320с. – (Кофе с мудрецами).

  17. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. – М.: ООО «Издательство АСТ», 2003. – 603с. – (Philosophy).

  18. Иванов В.В., Малинецкий Г.Г. Россия XXI век. Стратегия прорыва. Технологии. Образование. Наука. Изд. 2-е. – М.: ЛЕНАНД, 2017. – 304с. – (Будущая Россия №26).

С.П. Курдюмов.

Аналоги второго начала термодинамики в открытых нелинейных средах.1

Я — физик, математик, работаю в Институте прикладной математики им. Келдыша уже более 30 лет, занимаюсь нелинейными явлениями в сплошных средах и, в частности, в активных биологических средах. Так что то, о чем здесь уже говорилось для меня очень важно именно с точки зрения тех новых понятий, представлений, которые возникают в контексте задач синергетики, задач самоорганизации, в мире нелинейности. В этом нелинейном мире существует определенная мера между организацией и долей хаоса, являющимся необходимым элементом в самоорганизации.

Как всегда эти проблемы связаны с реальными задачами. Это – прежде всего задачи физики плазмы, ядерных взрывов, задачи управления космическими объектами. На этих направлениях были сосредоточены мощные силы больших научных коллективов, вооруженных новой методологией решения этих задач, в результате чего были получены впечатляющие результаты, много было решено конкретных задач. Но не только. Стало понятно, что поскольку мир нелинейных явлений необычен, что количественные изменения в нелинейных средах (в гидродинамике, в физике плазмы) приводят при определенном диапазоне к коренным качественным изменениям, постольку возникла необходимость не только получать результаты численные на машине, но и осмысливать их за рамками данной задачи, осмысливать их как метод, как новое представление Так же, как эксперимент, накапливая новые сведения в незнакомой области, заставляет вас формулировать понятия, представления, которые оказываются гораздо более широкими и применимыми не только к физике плазмы, но только к нелинейным средам, но и к многим другим важнейшим проблемам современности, «применимыми» в кавычках, т.к. это надо делать совместно со специалистами в других областях, но тем не менее тут есть много парадоксальных подсказок. Здесь сами эти методы исследования нелинейных процессов чрезвычайно важны и для технологии, и для решения тех конкретных задач, которые здесь есть. Особенность их в том, что здесь не единственные пути решения задач. В одном диапазоне параметров у вас происходят процессы с определенной интенсивностью, а в другом качестве - по-другому. И всех таких диапазонов вы не переберете ни на машине, нигде, если нет общих теоретических, математических методов.

И стала развиваться нелинейная математическая физика. Она, конечно, и до этого развивалась, стимул был – использование машины как своеобразного вычислительного эксперимента, «накапливающего» сведения.. А потом, как всегда, встала задача формулировки этих понятий, обобщений и создание математических, аналитических методов. Сейчас создано около 7–8 методов в мире (эти работы ведутся всюду, во всех центрах, скажем, в Лос-Аламосе, где впервые стояли машины, где накопился опыт, где есть понятие об этом нелинейном мире). Но результаты их такие, что можно в некоторых случаях (скажем, в области лазерного термоядерного синтеза) снизить на 4–5 порядков необходимую энергию, попав в другой диапазон параметров, устроив другие режимы. Т.е. не выиграть 5–10 процентов, а найти принципиально другой путь решения важнейшей задачи. И таких путей, подходов очень много.

Физики, работая с физикой плазмы, столкнулись (это можно наблюдать не только в физике плазмы, но и, например, в задаче конвекции) с тем, что обычная мертвая нелинейная среда самоорганизуется, в ней не остается в равномерном состоянии температура, движение, а появляются ячейки, возникают ячейки на солнце, например, причем произвольно возникают солнечные пятна, известный всем образ, а в физике плазмы все время возникают новые структуры. Т.е. нет среды устойчивой организации, а все время возникают структуры, среда сама структурируется, никто ею не управляет, она выходит на эти структуры. И заниматься в этой области разработкой методов, не понимая, как они возникают и что происходит, невозможно.

Вот это и послужило для нас необходимостью развития теории структур. Мы не знали, что 30 лет занимаемся синергетикой, хотя эта теория структур развивалась в области химии, в области философских представлений. Известны, наверное, работы Пригожина, Хакена. В общем, как всегда реальная необходимость: большие напряжения процесса, мощные потоки излучения – отбросили старую математическую физику. Недостаточна она.

Но не только физику. Гуманитариям интересно, наверное, что возникли в мертвой среде явления, похожие на жизнь. Известна сама самоорганизация возникновения структур: можно предсказать ее форму, размер, число структур, особенности их взаимодействия. Одно из свойств жизни – это самоподдержание определенной структуры организации. Это надо предсказывать. Надо управлять. Т.е. сейчас ставится совершенно другой вопрос. Не энергетическое воздействие на материалы, на физику, на физику процессов, например. А воздействие топологическое, т.е. распределение энергии в пространстве так, чтобы возбудить ее собственную внутреннюю структуру. Значит, не насиловать среду, не накачивать туда энергию, не загонять ее в определенные формы, а знать, к каким формам она сама стремится.

Возникает одна из фундаментальнейших проблем, уже вырвавшаяся за рамки отдельной химии, физики, даже биологии – проблема морфогенеза (развития структур). От простых структур к сложным. Иерархия структур, которая данной среде свойственна. В среде еще ничего нет. Но, скажем, задана ее математическая модель: нелинейная, открытая система. И вот ставится фундаментальнейшая задача такой же мощности как второе начало термодинамики для закрытых систем. Там известно, к чему ведут процессы, – к хаосу. Все разрушается, все формы движения превращаются в простейшие, и тепловым или другим процессом разравнивается. Организация гибнет в закрытой системе.

А в открытой? Вот проблема, выходящая за рамки любой конкретной науки и сейчас чрезвычайно актуальная и важная. Задачи экологии поставили эти проблемы. Мы систему меняем, а она выходит на другой уровень - неожиданный - и самовозобновляется. Это – свойство живых систем.

Какие же состояния характерны внутренним свойствам этой системы? Оказывается, простейшие модели, самые простейшие, - и в этом колоссальное достижение нелинейного мира, - простые модели оказались содержательными. Чрезвычайно простые. Будь у меня еще 2–3 минуты, я бы вам здесь нарисовал такую простую модель, которая содержит в себе 1015типов структур. Просто отличная архитектура. И они все в теории предсказываются. В равночастных случаях, на простых моделях. Я не преувеличиваю, я рассматриваю это как тенденцию, важнейшую тенденцию синергетики – предсказывать, какие формы адекватны для данной среды - экономической, экологической, активной биологической - на какие она сама стремится выйти в силу новых аналогов второго начала. И это чрезвычайно важно. Фактически, это эквивалентно своеобразным законам запрета. На данной среде нельзя построить других типов организаций, чем те, которые связаны с ее внутренними, физическими, материальными нелинейными свойствами. Еще ничего на среде нет, она однородна, но заданы ее материальные свойства: коэффициент теплопроводности, проводимость, объемные источники, всякие стоки. Но заранее уже ясно (для простых случаев), что на этой среде возникнут вот такие типы организаций. Т.е. на среде есть пути эволюции.

Но не один путь эволюции, а несколько путей эволюции. В чем тут сложность? В конце каждого пути эволюции своя структура, т.е. своеобразная связь пространства и времени такой же мощности, как специальная теория относительности. А здесь таких десятки, сотни связей. Причем свойство живого для этой системы, замечательное совершенно свойство. Если вы попали в область притяжения этой структуры, целью развития, которой являются процессы в этой области, то с неизбежностью, хотите вы или не хотите, рано или поздно, вы скатитесь на эту организацию. Она адекватна среде. Значит, если вы попали в эту область, то неважно, куда вы попали, это, как говорят математики, область атрактора, область притяжения, в этой точке самопроизвольно достраивается среда. Предположим, вы немножко изменили структуру, она все равно самовосстановится. Это есть свойство жизни. Такие математические, химические, биологические объекты мы наблюдаем.

Еще более мощная задача. Представьте себе, какую роль это может играть, если эти опыты, профессиональные, будут перенесены на экономику, на социологию, на психику даже. Это абсолютно не детерминизм, потому что здесь все-таки огромную роль играет и случайный процесс, и хаос. Есть выбор пути при разветвлении, например, процессов, есть точки бифуркации, есть состояние устойчивое. Значит, оно становится неустойчивым при ломке, изменении, количественном изменении параметров. И как в древних сказках: можно пойти по одному пути, можно по другому, можно по третьему. В этот момент случайность играет определяющую роль. Случайность может толкнуть вас на первый путь, и на второй путь, и на третий путь. Здесь динамизм, здесь предопределенность по каждому пути, а в момент разветвления – случайность.

И таких десятки фактов здесь есть. Интересно с философской точки зрения. Почему интересно? Да потому что здесь есть возможные новые пути решать одну и ту же проблему разными способами, кардинально отличающимися на порядки необходимых энергий, затрат.

Этот нелинейный мир дает надежду, что очень многие проблемы человечества можно решить более оптимально, чем стандартными методами, аппроксимируя, скажем, наши обычные подходы, или экстраполируя их вперед. Здесь возникает интереснейшая задача для физиков и философов – задача закона организации.

Я пытаюсь заинтересовать людей, потому что в нашем совете по математическому моделированию, который в общем-то выполняет ту функцию, о которой здесь многие докладчики говорили, – это реальный способ ученых разных специальностей соединить методы при решении ряда проблем. Разработанные методы можно передать. А философы сыграют еще большую роль, они разумно, на своем уровне понимания передадут понятия и представления. Чрезвычайно важно для каждого ученого представление, что можно ожидать от данного опыта, от данной среды, какой подход к этой среде возможен, что в ней может быть. Это как художник видит красоту в мире, которую обычный человек может не замечать. Вот научить видеть эти новые представления, новые понятия можно только через уход в некую абстракцию, через формулировку понятийного аппарата, своеобразную новую парадигму, которая позволяла бы по-другому видеть и знать, что можно ожидать от нелинейных систем. Не просто каждый раз нужно подсунуть математическую модель, а выработать новый понятийный аппарат.

И с этой точки зрения работа таких Советов, которые пытаются передать накопленный опыт не только математическим методом, передать не только методы и программы, но и понятия и представления, передать из одной области в другую, разумно передать, с корректировкой, с подходом специалистов в этой области, мне кажется, чрезвычайно важной, прогрессивной и конструктивной, что очень важно.

Все эти идеи, понятия надо внедрять. Как внедрять? Должна быть система внедрения. Система, которая дает результат.

И мне кажется, что более действенные методы распространения информации через глубокое осмысление философских, этических ее сторон, законов организации структур, законов организации мира, осмысление того, к чему идут процессы, т.е. прогнозы, выбор пути, по которому надо управлять, а не просто методы проб и ошибок, которые в современных условиях могут привести к необратимым последствиям.

Мне кажется, что развивающаяся наука, всегда претендует на очень многое, где-то она расшибет нос, где-то ее результаты, как, скажем, в кибернетике, окажутся ограниченными, но во всяком случае надо пробовать, надо использовать, надо распространять этот опыт.

И с этой целью я сегодня и выступаю.

Я могу назвать одну работу, для того, чтобы вы познакомились чуть подробнее. Это – Вестник Академии наук № 9 за 1985 год. Там формулируются отдельные стороны. И существует масса книг по синергетике: книги Хакена, книги Пригожина и т.д., рекомендую вам посмотреть. Хотя, мне кажется, в огромной степени в этой литературе обсуждаются не столь насущные вопросы, которые важны для изучения реальных сред, и которые сейчас ставятся перед нами. Например, чтобы любая организация самоорганизовывалась, в ней должна быть доля хаоса, и нужно понять как это происходит, какая доля может быть простейших систем. Причем, эти конструктивные вещи указывают некие новые, эволюционные принципы. Ну, насколько они далеко продвинуты, насколько они далеко коснуться систем – это другой вопрос.

Я хочу просто привлечь внимание к междисциплинарному подходу, о котором уже здесь говорилось, к синергетике, как важнейшему подходу, в котором ставится вопрос о правильных способах архитектуры организации для данной среды: социальной, экономической, экологической, биологической. Для понимания правильных способов архитектуры организации для данной среды необходимо знать, какие формы в ней содержатся.

Любопытно, что для специалистов по древней философии, ну, и по восточной философии, да и по греческой философии – это может быть некой любопытной нитью, другим взглядом на те теории, которые существовали у древних греков, в снятом виде, конечно, - это представление о едином начале, в котором в потенциальной форме уже содержится будущая организация.

Для нас это чисто математическая постановка, жесткая. Задано не единое начало, а реальная материальная среда с реальными свойствами. И вот только эти структуры могут быть путями ее развития. Другого на ней не построишь, вот хоть убейся. Это законы запрета, как закон сохранения энергии, как отсутствие вечного двигателя. Нельзя его строить, вечный двигатель. И нельзя на этой среде строить другие структуры.

Насколько это можно распространить на сложные среды – это уже другой вопрос. Но поиски таких фундаментальных принципов - свести много вещей в диалоге – это важный, очень нужный подход, как и поиски фундаментальной закономерности организации как таковой, в том числе на математических моделях, которые обладают большой индивидуальностью. И хотя бы из них подсказываются подходы, понятия и представления, которые специалист в своей области может попытаться использовать.


1 Стенограмма доклада чл.-корр. АН СССР С.П. Курдюмова на 4-ом Всесоюзном совещании по философским и социальным проблемам науки и техники 10-12 февраля 1987 г. Текст публикуется впервые (архив И.Т. Фролова).

Ю.М. Романовский

Человеческий потенциал и человеческий капитал России.

Аннотация: Ю.М. Романовский сопоставил понятия человеческого потенциала и человеческого капитала. Повышение образовательного потенциала резко увеличивает рост человеческого капитала. Чем развитее страна, тем выше в её развитии роль человеческого капитала. Автор осветил параметры индексов измерения человеческого потенциала и человеческого капитала, а затем и сопоставил ряд стран по этим параметрам. По его мнению, у России накоплен значительный отрицательный человеческий капитал. Во многом он связан с понижением квалификационного уровня работников вследствие процессов иммиграции и эмиграции.

Ключевые слова: человеческий капитал человеческий потенциал, иммиграция, демография

Yu.M. Romanovsky

Human capital of Russia.

Annotation: Yu. M. Romanovsky compared the concepts of human potential and human capital. Increasing the educational potential dramatically increases the growth of human capital. The more developed a country is, the greater the role of human capital in its development. The author highlighted the parameters of the indices of human potential and human capital, and then compared a number of countries in these parameters. In his opinion, Russia has accumulated significant negative human capital. In many ways, it is related to the decrease in the qualification level of workers due to the processes of immigration and emigration.

Key words: human capital, human development, immigration, demography

ВВЕДЕНИЕ

1. РОСТ НАРОДОНАСЕЛЕНИЯ, КАЧЕСТВО ЖИЗНИ И ПРОБЛЕМА ЗАНЯТОСТИ

Прежде. чем дать определения понятиям «Человеческий потенциал» (ЧП) и «Человеческий капитал» (ЧК) приведем основные данные о численности населения Земли по регионам, его качестве (прежде всего продолжительности жизни) и занятости населения.

Мы живем в интересное время, когда рост численности населения Земли, происходивший по гиперболическому закону начинает ограничиваться – происходит «демографический переход» (см., например, [1, 2]). При этом если в странах «золотого миллиарда» это произошло в начале 21 века, то в других регионах Мира ограничение происходит с существенной задержкой. Ниже приведены характерные графики. PHHHB

Рис. 1. Динамика роста численности населения Земли.

Самое важное - бурный рост численности людей в Азии и Африке по сравнению с Европой и Америкой. Это приводит к разнообразным проблемам в Мировой политике, и прежде всего, в закономерностях Миграции.

Приведем здесь также характерные данные по некоторым странам [3]. Прирост населения за год на тысячу человек: Болгария -5,7 Германия -2,1 Италия -1,5 Россия +0,2 Индия +14,4 Таджикистан +23,8 Египет +25,0.

Одна из причин ограничения роста населения – прекращение действия «Материнского генетического давления». Что это такое?

2. МАТЕРИНСКОЕ ГЕНЕТИЧЕСКОЕ ДАВЛЕНИЕ И ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ ЖИЗНИ

Одним из важнейших качеств ЧП является хорошая генетическая наследственность. Еще 100 лет назад семьи в России более чем с 10 детьми были не редкостью. Здоровая женщина рожала много, хотя некоторые потомки в детстве и умирали. А от больной женщины потомков оставалось мало. У моего отца было 11 братьев и сестер. И все были живы – только три брата погибли в ВОВ. У моей жены было 11 дядей и теток. И все прожили активную жизнь.

Сейчас этот мощный механизм и в России и в странах «золотого миллиарда» отсутствует. Прироста населения в России, Японии, Германии практически нет. Вместо него рекомендуется новая «генетическая» евгеника с массой проблем биологического и общественно-юридического толка.

Расселение людей по Земному шару всегда сопровождалось великими перемещениями народов и военными конфликтами. ДаЯ и в относительно «мирные» периоды всегда происходила миграция населения. С точки зрения теории Человеческий потенциал (ЧП) всегда «переливается» в те регионы, где он может стать более эффективным Человеческим капиталом (ЧК) .Поэтому и сейчас очень важно отследить процессы миграции как внутри суверенных государств, так и между странами.

Теперь обратимся к проблеме «качества жизни», которое. прежде всего, прослеживается в данных о продолжительности жизни.[4]




Табл. 1. Средняя продолжительность жизни населения в разных странах (в годах).

Место в рейтинге стран

Страна

Средняя продолжительность жизни

1

Андорра

83.49

4

Япония

80.93

9

Швеция

79.97

11

Канада

79.83

16

Франция

79.28

21

Израиль

79.02

36

Великобритания

78.16

48

США

77.14

51

Куба

76.08

54

Кувейт

76.65

57

Чили

76.35

61

Уругвай

75.87

72

Словакия

74.43

81

Венесуэла

73.83

89

Шри-Ланка

72.62

95

Китай

72.22

111

Бразилия

71.13

116

Алжир

70.54

123

Никарагуа

69.68

127

Сирия

69.39

141

Ирак

67.81

142

Россия

67.66

158

Узбекистан

64.00

198

Камерун

48.05

224

Мозамбик

31.3

Топ-10 стран по продолжительности жизни.

Численность населения Земли, чел.

2012 год

7 080 072

2030 год

8 424 937

Страна

Продолжительность жизни, лет.

Страна

Продолжительность жизни, лет.

1

Япония

83.50

1

Япония

86.45

2

Швейцария

82.51

2

Республика Корея

85.78

3

Австралия

82.40

3

Сингапур

85.53

4

Италия

82.29

4

Швейцария

85.26

5

Сингапур

82.20

5

Италия

85.26

6

Исландия

82.01

6

Австралия

85.20

7

Испания

82.00

7

Испания

84.86

8

Швеция

81.74

8

Франция

84.66

9

Израиль

81.72

9

Исландия

84.55

10

Франция

81.71

10

Израиль

84.50

140

Россия

69.00

145

Россия

70.48


3. ПРОБЛЕМА ЗАНЯТОСТИ НАССЕЛЕНИЯ (ИЛИ СФЕРЫ ПРИЛОЖЕНИЯ ТРУДА)

Рис. 2. Занятость населения по отраслям хозяйства в некоторых странах мира.

Рис. 3. Структура экономики РФ по количеству занятых, %.

А вот как изменялась занятость в США в последние десятилетия

Рис. 4. Распределение рабочей силы США в XX веке по секторам экономики.

А теперь посмотрим. чем занимается активное население Москвы ( без мигрантов!!!)

Табл. 2. Численность занятых по отраслям экономики (в тысячах) в Москве, 2009 г.

Отрасль экономики

Численность занятых, тыс.

1.

Сельское хозяйство, охота, лесное хозяйство

18.8

2.

Рыболовство, рыбоводство

0.3

3.

Добыча полезных ископаемых

4.2

4.

Обрабатывающая промышленность

677.9

5.

Строительство

752.6

6.

Оптовая и розничная торговля, ремонт второтранспортных средств и бытовых изделий личного пользования


1605.9

7.

Гостиницы и рестораны

125.9

8.

Транспорт и связь

438.7

9.

Финансовая деятельность

307.9

10.

Операции с недвижимостью, аренда

1061.4

11.

Образование

418

12.

Здравоохранение и социальные услуги

344.1

13.

Коммунальные и социальные услуги

117.6

14.

Государственные услуги, безопасность

220.2


Из этой таблицы следует, что в «реальном производстве» занято лишь около трети всех работающих москвичей.

4. МИГРАНТЫ В РОССИИ

На 2016 год по заверениям экспертов, в начале года в стране находилось 10 000 000 иностранных граждан, причём порядка 4 000 000 из них жило здесь нелегально и ещё 860 000, оформив документы и обязавшись выехать через год, до сих пор остаются в России.

Глава ФМС Константин Ромодановский, в свою очередь, сообщил, что сейчас в Москве живут более 3,5 миллионов гастарбайтеров, большинство из них - граждане Узбекистана (почти 25% от общего числа приезжих). В столице также много таджиков (16,7%) и киргизов (13,6%).

«Вы немного неправильно все увидали. Да, в Москве, много работает мигрантов, так как они выгодны работодателям, они им платят в 2 раза меньше чем россиянам. Москвичи за такую зарплату, какую платят мигрантам, ни за что не будут работать, да и не только москвичи, а даже приезжие люди с других городов России, так как им нужно снять жилье в Москве и еще заработать. Мигрантам выгодно работать за те деньги что им платят, так как они выигрывают на курсе, при обмене денег. Мигранты работящие и не капризные, не пьют, работают с утра до вечера, живут в плохих условиях и при этом не отказываются ни от какой работы. На мигрантах все строительство Москвы держится, потому, что им нужны деньги, семьи кормить»

2. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОНЯТИЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА (ЧК) И ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ПОТЕНЦИАЛА (ЧП)

2. 1. НОБЕЛЕВСКИЕ ЛАУРЕАТЫ ПО ЭКОНОМИКЕ О ЧП И ЧК

Са́ймон Смит Кузне́ц Лауреат Нобелевской премии по экономике1971 годасовместно с Милтоном Фридманом построил профили «возраст-доход» по отдельным родам занятий, таким образом применив исследовательский метод, ставший затем одним из основных аналитических инструментов в концепциичеловеческого капитала.

За вклад в теорию человеческого капитала были присуждены две Но­белевские премии - Т. Шульцу в 1979 г. и Г. Беккеру в 1992 г.

Т. Щульц внес существенный вклад в становление теории человеческого капитала. Он сделал многое для понимания роли человеческого капитала как основного производительного фактора индустриальной и постиндустриальной экономик.

Г. Беккер перенес понятие ЧК на микроуровень. Человеческий капитал предприятия он определил как совокупность навыков, знаний и умений персонала. В качестве инвестиций в работников Беккер учел затраты на образование и обучение.

Нобелевская премия по экономике за1998 год присуждена известному английскому экономисту, философу и социологу Амартье Сену за его вклад в теорию экономики благосостояния и расширение понятия «человеческий потенциал» (ЧП).

2.МЕТОДЫ ИЗМЕРЕНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА

Как это следует из рассмотрения Нобелевских Премий сначала было определено понятие ЧК. Для его представления ниже использованы материалы из монографий [6,7]

ИНДЕКС ЧК – НЧР (разработан в Давосе)

Образование. Учитывается множество факторов: посещаемость учебных заведений (от начального до высшего), гендерное неравенство в школах; качество образовательной системы (наличие математических и естественно-научных курсов, преподавания менеджмента; процент населения от 25 лет и старше, имеющий определенный уровень образования Здравоохранение. Учитывается: уровень детской смертности, ожидаемая продолжительность жизни, задержки развития (доля детей до 5 лет), ожирение, заразные и незаразные заболевания, смертность в возрасте до 60 лет, количество нетрудоспособных лет; по социологическим опросам определяются уровень депрессии и уровень стресса в стране.

Труд и занятость. Показатели: процент экономически активного населения в возрасте (15–64 лет) и старше, безработица и гендерное неравенство, его качество (количество статей технической и научной направленности до 1000); привлечение квалифицированных работников; средний возраст работников; цена отнесенная к производительности труда и др.) и обучение на месте работы

Среда. Факторы социальной мобильности и взаимодействия: взаимодействие университетов с бизнесом, качества связи (количество пользователей Интернета, мобильных телефонов на 1000 жителей), характеристики транспортной инфраструктуры в стране.

Однако не во всех странах это все учитывается.

Приведем для иллюстрации следующую таблицу, из которой прежде всего ясно, что на прирост ЧК влияют годы образования. Заработок считается пропорциональным росту ЧК и говорит о росте ЧК с годами и уровнем образования.

Табл. 3. Различия в среднегодовых заработках по образованию и возрасту в США (тыс. долл.) из работы [8].

Возрастная группа

Уровень образования

Прирост по образованию** (%)

Ниже среднего

Среднее

Высшее

Аспирантура

18-24

6,8

11,4

16,1

19,6

288

25-34

13,7

20,2

31,7

40,4

295

35-44

17,3

23,9

42,1

62,8

363

45-54

17,2

25,7

44,1

75,0

436

55-64

18,6

24,8

45,1

68,3

367

65 и старше

10,8

16,4

26,4

60,9

564

Все работники

14,0

21,4

37,0

64,5

461

Прирост по возрасту***(%)

274

225

280

383


** Сравниваются лица, не закончившие среднюю школу (100%) и лица, имеющие ученую степень.*** Сравнивается заработок младшей возрастной группы (100%) и максимальный заработок по всем возрастным категориям


Ниже приведены оценки для суммарного ЧК по странам, взятые из развернутой статьи о ЧК в ВИКИПЕДИИ [9]

3. ОЦЕНКИ СТОИМОСТИ НАЦИОНАЛЬНОГО ЧК СТАН МИРА

Стоимость национального ЧК стран мира на базе затратного метода оценили специалисты Всемирного банка. Использовались оценки составляющих ЧК по затратам государства, семей, предпринимателей и разных фондов. Они позволяют определить текущие ежегодные затраты общества на воспроизводство человеческого капитала.

В США стоимость человеческого капитала в конце XX века составляла 95 трлн долл или 77 % национального богатства (НБ), 26 % мирового итога стоимости ЧК. Стоимость мирового ЧК составила 365 трлн долл или 66 % мирового богатства, 384 % к уровню США.

Для Китая эти показатели составляют: 25 трлн долл, 77 % от всего НБ, 7 % мирового итога ЧК и 26 % к уровню США. Для Бразилии соответственно: 9 трлн долл.; 74 %, 2 % и 9 %. Для Индии: 7 трлн; 58 %, 2 %; 7 %.

Для России показатели равны: 30 трлн долл; 50 %; 8 %; 32 %. На долю стран «семёрки» и ЕЭС на расчётный период приходилось 59 % мирового ЧК, что составляет 78 % от их национального богатства. ЧК в большинстве стран превышал половину накопленного национального богатства (исключение — страны ОПЕК). На процентную долю ЧК существенно влияет стоимость природных ресурсов.

Основная часть мирового ЧК сосредоточена в развитых странах мира. Это связано с тем, что инвестиции в ЧК в последние полвека в этих странах значительно опережают инвестиции в физический капитал. В США соотношение «инвестиций в человека» и производственных инвестиций (социальные расходы на образование, здравоохранение и социальное обеспечение в % к производственным инвестициям) в 1970 году составляло 194 %, а в 1990 году 318 %

Существуют определённые трудности при сравнительной оценке стоимости ЧК стран с неодинаковым уровнем развития. Человеческий капитал слаборазвитой страны и развитой страны имеет существенно различную производительность на единицу капитала, а также весьма различное качество (например, существенно различное качество образования и медицинского обслуживания).

4. ОПРЕДЕЛЕНИЕ ПОНЯТИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ПОТЕНЦИАЛА (ЧП)

В главе 3 монографии [6] говорится.

Параллельно с подсчетом величины накопленного населением ЧК начинают развиваться более универсальные подходы к измерению человеческого потенциала (ЧП). Их отправной точкой служит его оценка на основе не стоимостных индикаторов, а качественных параметров, характеризующих условия жизни и развития человека, таких как состояние здоровья, выравнивание стартовых возможностей представителей различных социальных и доходных групп, доступность образования, уровень базовой социально-экономической защищенности населения, защищенность труда и т.д.

В самом деле, имеется масса обстоятельств, которые определяют качество населения и семейные традиции и менталитет, и уровень преступности и т.д. Проблемой изучения качества населения помимо экономистов занимаются и социологи, и юристы. и психологи и философы. Всех также волнуют проблемы предсказания не так уж далекого будущего.

Существуют и попытки измерения ЧП с помощью интегральных коэффициентов. Наиболее известен индекс «Программы развития ООН (ПРООН)» Методология построения индексов основана на сочетании денежных показателей благосостояния и индикаторов, непосредственно отражающих качественные характеристики и социальные условия жизни населения. Наиболее известный из индексов ПРООН – интегральный индекс развития человеческого потенциала (ИРЧП).

Табл. 4. Расчет ИРЧП для России (2004 г.) [6]

При этом реальный доход или достаточный уровень реального годового дохода 40 000 долларов.

Табл. 5. Составляющие ИПЧП по странам.

Страна

Ожидаемая продолжительность жизни

Уровень грамотности

Охват образованием

Индекс образования

Индекс дохода

1992

2004

1992

2004

1992

2004

1992

2004

1992

2004

США

76.0

77.5

99


95

93

0.98

0.97

0.99

1.00

Россия

67.9

65.1

98.7

98.4

69

88

0.89

0.95

0.95

0.77

Бразилия

66.3

70.8

81.9

88.6

70

86

0.78

0.88

0.94

0.74

Критические замечания к определению ИПЧП

1. Неясно откуда взят «реальный доход россиянина» ~ 10 000 $. Годовой достаточный доход 40 000 $ явно завышен.

2. Негативная динамика ИРПЧ в России складывалась под одновременным воздействием обвального падения ВВП и резкого сокращения ожидаемой продолжительности жизни на протяжении большей части 90-х годов. Падение среднедушевого показателя ВВП усугублялось стремительным ростом дифференциации доходов, бурной коммерциализацией социальных услуг и беспрецедентным ростом неравенства в распределении результатов экономической деятельности.

3. Отсутствует оценка вклада в индекс социального ресурса. Р. Патнем [10] предложил перечень показателей, на основе которых предлагается построение интегрального индекса для социального ресурса. В их числе членство в общественных организациях и клубах и волонтерская работа, общественно-политическая активность (участие в выборах, митингах, демонстрациях), показатели доверия населения к различным властным структурам, общественным организациям, отдельным людям.

4. Оценивая состояние социального ресурса современной России, большинство исследователей, как отечественных, так и западных, отмечают прежде всего дефицит и деградацию этого ресурса, индикаторами чего служат пассивность населения и низкий уровень доверия в обществе.

5. Отсутствие влияние «отрицательного ЧП» для России

Последней проблеме посвящен следующий параграф.

ЧТО ОПРЕДЕЛЯЕТ ОТРИЦАТЕЛЬНЫЙ ЧП И ЧК РОССИИ

1.МИГРАНТЫ И ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ

Всего, по данным ФМС, сейчас в России находятся около 11 млн. приезжих.

На первом месте по количеству граждан, работающих в России, идет Украина, затем идут страны Средней Азии. И если украинцы в основном заняты на более высококвалифицированной работе, они адаптированы в среду, хорошо говорят на русском языке, то из стран Средней Азии в последнее время едут в основном молодые люди из сельской местности, поэтому не имеют квалификации и практически совсем не знают русского языка.

КУДА УХОДЯТ ДЕНЬГИ

При этом страны Средней Азии - лидеры по отправке денег на родину. По статистике ЦБ, из страны за последний год ушло более $20 млрд. И это только те деньги, которые проходят через системы официальных переводов. При этом еще примерно $5-6 млрд. ежегодно покидает страну в виде наличных. В общем, так набирается почти триллион рублей.

Дело в том, что мигранты – это дешевая рабочая сила и предприниматели не хотят развивать новые технологии. Это плохо. Та же проблема, например, в США.

Наиболее яркий пример внутренней миграции показывает Китай. По планам китайского руководства за 10 лет должно быть переведено 300 000 000 человек из «деревни в город».

Табл. 6. Утечка умов из России с 2008-2013 гг. (тыс. человек)

Страна

Тыс. человек

Бразилия

25

Индия

55

Южная Корея

82

Япония

126

Китай

144

Франция

173

Германия

196

Великобритания

209

США

303

Иран

22

2.ЧИСЛО ЗАКЛЮЧЕННЫХ В США И РОССИИ

В Соединённые Штаты Америки также обладают первенством в удельном числе граждан, находящихся за решёткой: по состоянию на 2015 год около 700 человек из каждых ста тысяч отбывали срок, были задержаны по подозрению в совершении преступления либо находились под стражей в ожидании суда. Согласно статистике, афро и латиноамериканцы составляют 30 % от населения США, и в то же время — 60 % от всех американских заключённых. Каждый 35-ый афроамериканец находится или находился за решёткой. Среди латиноамериканцев — каждый 88-ой, а среди белых — каждый 214-ый.

В России по состоянию на 1 октября 2016 г. в учреждениях уголовно-исполнительной системы содержалось 640 357. Каждый четвертый мужчина в России за последние 25 лет побывал с заключении.

БЮДЖЕТ ФСИН В РОССИИ

В 2015 г. бюджет ФСИН превысил 300 млрд. руб. Это означает, что при общей численности «тюремного населения» в 650 тысяч человек бюджетные траты в расчете на 1 заключенного составляют почти полмиллиона рублей в год. Рост по сравнению с 2003 г. просто фантастический – почти в 10 раз.

Рис. 5. Бюджет в тыс. руб. в расчете на 1 заключенного.

Можно было бы ожидать, что ситуация с содержанием, питанием, медицинским обеспечением заключенных должна кардинально улучшиться. Однако в реальности этого не произошло. Дело в том, что основная часть бюджета ФСИН идет не на заключенных, а на сотрудников ведомства. Только прямые расходы на содержание персонала занимают почти 70% бюджета ФСИН. А с учетом расходов на обеспечение сотрудников жильем, а также других госзакупок, общие затраты на сотрудников достигают 75-80% в бюджете ФСИН.

Табл. 7. Число наркоманов в России.

Год

Количество наркоманов (тыс.)

1992

88

1996

256

1999

≈ 300

Начало 2001

≈ 355

Конец 2001

369

2006

350

2007

537

2008

550

2009

503

Сентябрь 2009

550

Сентябрь 2013

630

Июнь 2015

700

Оценки ФСКН

В июне 2005 года начальник управления межведомственного взаимодействия в сфере профилактики ФСКН Борис Целинский сообщил, что по экспертной оценке, «в России от 3 до 8 миллионов наркозависимых людей. Это очень большая цифра, и она растет».

4. ДЕТИ-СИРОТЫ В РОССИИ [11]

Сейчас, сирот больше, чем сразу после войны. В 1945 году было 600 тысяч сирот, в то время как сейчас их по официальным данным около 800 тысяч. Большинство экспертов считает, что их не менее двух-четырех миллионов. С 1994 года число сирот в России удвоилось. У 90-95% сирот родители живы, Из вновь выявленных в 2007 году 132 тысяч детей-сирот 77 тыс. оказались детьми родителей, лишенных родительских прав. у нас по данным Генпрокуратуры 2 миллиона.

В России 2000 детских домов и 67000 их воспитанников. Еще 27 тысяч детей учится в 150-ти школах-интернатах. 10% детдомов и интернатов не имеют элементарных условий, . 40% выпускников детдомов становятся алкоголиками, 40% попадают в тюрьму, 10% кончают жизнь самоубийством и только 10% могут устроится в жизни. Ежегодно усыновляется 30 тыс. детей-сирот. За последние 10 лет число российских семей-усыновителей уменьшилось вдвое, в то время как число усыновления иностранцами увеличилось в 5 раз .

5. АЛКОГОЛИЗМ В РОССИИ

Последние шокирующие данные опубликовал Роспотребнадзор на 1.09.2016 года, по количеству алкоголиков в России. Отметка превысила пять миллионов человек, почти 4% населения, а на учёте состоит всего лишь 2% больных.

Алкоголизм причина смертности ¼ среди мужчин и почти 20% среди женщин. В цифрах это почти полмиллиона в год. Столько людей не погибало в войнах, эпидемиях или стихийных бедствиях. В связи с ростом алкоголиков связано 62% самоубийств, 73% убийств, 70% смертей от цирроза и 25% сердечно - сосудистых заболеваний. Ежегодно более сотни тысяч отравлений некачественным алкоголем.

Статистика показывает, что в числе употребляющих алкоголь находятся дети, а ведь они наше будущее. При этом девушек насчитывается больше чем парней, и возраст подростков больше 13 лет. Это в десятки раз больше, чем соседней Европе.

6. ПСИХИЧЕСКИЕ ЗАБОЛЕВАНИЯ В РОССИИ

Во всем мире происходит рост числа психически больных людей. По прогнозам Всемирной организации здравоохранения, к 2020 году психические расстройства войдут в первую пятерку болезней, ведущих к потере трудоспособности. В России показатели хуже, чем среднемировые.

Если в мире около 15% нуждаются в психиатрической помощи, то в России их число достигает 25%. По сравнению с 90-ми количество клиентов психиатрических клиник в России увеличилось почти в два раза.

Выросло число людей с серьезными психическими заболеваниями, как шизофрения, маниакально-депрессивный психоз и эпилепсия. А невротические расстройства и депрессии приобрели статус массовых. Они уже заняли "почетное" второе место после сердечно-сосудистых заболеваний

5. ВЗАИМОЕЙСТВИЕ ЧП И ЧК

1. КАК ВЛИЯЮТ НАШИ РССИЙСКИЕ ПРОБЛЕМЫ НА ЧП И ЧК?

Часть из них учитывается в индексе ИРЧП через продолжительность жизни, доход на человека. Но этого недостаточно, чтобы осознать всю тяжесть наших проблем. Зададимся следующими вопросами.

1. А какая часть ЧК сосредоточена в серой экономике?

2. А какая часть ЧП уходит в криминал?

3. А какая часть ЧП уходит в силовые структуры? Некоторая доля обеспечивает безопасность, а как учитывать значительный вклад в армию? На начало 2018 г у нас 1 млн служит и 1 млн гражданских лиц, занятых обслуживанием армии. Что поделывают множество отставников?

4. Как учесть изменение ЧП и ЧК в результате наплыва мигрантов и «утечку мозгов»?

2. КАК ВЛИЕТ НА ЧП И ЧК МИРОВАЯ ТОРГОВЛЯ. УЧАСТИЕ В ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТАХ?

С этими проблемами надо разбираться с помощью построения глобальных мировых процессов так, как это делается в математических моделях, представленных, например, в работах [Плохотникова [12], П.Плата [13], Чернавский [14]. И то, прежде всего, учет потоков мигрантов, капиталов и инвестиций, инноваций.

3.ВКЛАД КУЛЬТУРЫ В ЧП

Со времен римлян известно, что народу нужно «хлеба и зрелищ». Да и психологи утверждают, что любой и физический труд, да и умственный, требует разрядки. «Зрелища» всегда обеспечивались и обеспечиваются всевозможными народными представлениями, поп-артистами, спортивными соревнованиями. Это приводило к возникновению движений болельщиков и фанатов. В наше время эти объединения поддерживаются развитием телевидения, интернета, мобильной телефонией. Более «продвинутые» сами участвуют в художественной самодеятельности и т.п.

4. УЧАСТИЕ В ОБЩЕСТВЕННЫХ ДВИЖЕНИЯХ

Наряду с фанатами, байкерами существуют объединения волонтеров, благотворителей, организации коллекционеров. И наоборот, всевозможные секты, и даже террористические группы.

5. О РОЛИ ВЫСОКОГО ИСКУССТВА

Ну а высокое искусство — что дает его развитие на всех этапах человеческой цивилизации? А вот что. Глубоко погружаясь в судьбу не только исторических, но и литературных героев, человек способен прожить много замечательных жизней. А не в этом ли заложена мечта каждого о бессмертии? Жизнь Иисуса и Жанны д’Арк, да и Татьяны Лариной, глубоко проникая в сознание, дает возможность человеку прожить много жизней. Великим искусством всегда пользовались и все мировые религии. Творцы высокого искусства это хорошо чувствовали «по себе».

Я памятник себе воздвиг нерукотворный,

К нему не зарастет народная тропа,

Вознесся выше он главою непокорной

Александрийского столпа.

Нет, весь я не умру — душа в заветной лире

Мой прах переживет и тленья убежит

И славен буду я, доколь в подлунном мире

Жив будет хоть один пиит.

Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,

И назовет меня всяк сущий в ней язык,


И гордый внук славян, и финн, и ныне дикий

Тунгус, и друг степей калмык.

И долго буду тем любезен я народу

Что чувства добрые я лирой пробуждал,

Что в мой жестокой век восславил я Свободу

И милость к падшим призывал.

Веленью Божию, о муза, будь послушна,

Обиды не страшась, не требуя венца,

Хвалу и клевету приемли равнодушно

И не оспаривай глупца.


21 августа 1836 года, Александр Пушкин


6. НОВЫЕ ВЫЗОВЫ И ТРЕБОВАНИЯ К ЧП И ЧК

1 ЦИКЛЫ КОНДРАТЬЕВА [ВИКИПЕДИЯ, 2, 7, 16]

Сводная система кондратьевских волн и соответствующих им технологических укладов выглядит следующим образом:

1-й цикл —текстильные фабрики, промышленное использование каменного угля;1803 до 1841—1843 гг

2-й цикл —угледобычаи чёрная металлургия,железнодорожное строительство,паровой двигатель; 1844—1851 до 1890—1896 гг

3-й цикл — тяжёлое машиностроение,электроэнергетика,неорганическая химия, производство сталии электрических двигателей; 1891—1896 до 1945—1947гг

4-й цикл —производство автомобилейи других машин, химическая промышленность, нефтепереработка и двигатели внутреннего сгорания, массовое производство; с 1945—1947 до 1981—1983 гг

5-й цикл — развитие электроники,робототехники,вычислительной,лазернойи телекоммуникационнойтехники; 1981—1983 до ~2018 годов (прогноз)

6-й цикл — возможно, NBIC-конвергенция(конвергенция нано-,био-,информационныхи когнитивныхтехнологий) ~2018 до ~ 2060 гг(прогноз)

2. НОВЫЕ ВЫЗОВЫ НАШЕГО ВРЕМЕНИ

В новую эпоху 6-ого цикла Кондратьева человек и формирование ЧП и ЧК сталкивается с новыми вызовами (см.[17,18, 20]). В монографии [20] ее автор В.Г. Буданов их формулирует следующим образом.

«Итак, современный человек распят на кресте между четырьмя жизненными Umvelt-мирами (окружениями человека)): 1)Техно-миром машин, гаджетов и киберов, 2)Нейро-миром виртуальной реальности, 3)Мифо-миром культуры и истории, 4)Net-миром сетей и коллективного бессознательного (краудсорсинг и краудфайндинг). Umwelt-анализ показывает гибридное взаимодействие и сплетение жизненных миров через конвергентные технологии, причем виртуальная сетевая реальность все быстрее завоевывает антропосферу и эти процессы самоорганизующегося, стремительно усложняющегося мира требуют глубокого философского осмысления сейчас, потом будет поздно.»

Для современников практически важно то, что уже через 20 лет существенно изменится структура занятости. На рынке труда окажется много лишних людей , Уже сейчас возникают новые требования к системе образования [21]. Возникает новая ситуация в отношениях человека и робототехники с новым искусственным интеллектом. [22]

МАТЕМАТИЧЕСКОЕ МОДЕЛИРОВАНИЕ ЭВОЛЮЦИИ ЧП И ЧК

Последние 15 лет в России интенсивно развивается тематика «Чело­веческого капитала» строятся математические модели (есть школы в Москве [2, 15, 23, 24], Воронеже [25], Ижевске [26, 27, 28], С.Петербурге [29]). Наиболее последовательно математическая модель ЧК для конкретного региона (республики Удмуртии) строится в монографии [26].

  1. Сначала производится расчет демографических характеристик регио­на. Например, определяется среднее время жизни т поколения и его численность для конкретного момента времени. При этом, конечно, учитываются данные о рождаемости и смертности, миграции населе­ния из деревни в город и другое.

  2. Далее строится кинетическое уравнение для роста ЧК Н(т, t)при учете затрат на образование, здравоохранение и культуру.

  3. Рассчитывается вклад ЧК в производственный капитал региона.

  4. Напрашивается «синергетическое» замыкание задачи — определение обратной связи от производственного капитала и роста инноваций на изменение ЧК.

  5. Здесь следует учесть роль отрицательного ЧК, миграции ЧК между ре­гионами. В начальных условиях следует учесть и элементы традиций, которые заложены в менталитете семей.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Остановимся на нерешенных проблемах в оценках ЧК.

  1. Несмотря на то, что понятие ЧК возникло сначала, определение ЧП представляется более исчерпывающим. Что, прежде всего, относится к определению ЧК для страны в целом.

Представим себе, что «некто» - способный человек получил «полное» образование: средняя школа + бакалавриат + магистратура + аспирантура ( ~ 20 лет учебы). В его образование вложены не малые средства, сам он много трудился, хорошо подготовлен физически. Если он пошел на работу в организацию с хорошим инновационным оборудованием, его ЧК очень высок. Но он может попасть в теневой сектор экономики, уйти в криминал, попасть в спецназ, уехать за кордон. Заметим сразу, что если помимо специальности он продвинутый компьютерщик (использует продвинутые программы, сам их усовершенствует), овладел парой иностранных языков, то он и в будущем хороший «материал» для ЧК.

  1. По всей видимости, построение математической модели ЧК для региона представляется решаемой задачей. Только помимо того, что сделано в моделях, представленных в предыдущем параграфе, нужно учесть влияние теневой экономики, приток дешевых мигрантов, отрицательный ЧК.

  2. При расчете ЧК всей России нужно понять вклад ЧП в военную промышленность, службу в армии (сейчас на действительной службе около 1 млн человек + 1 млн гражданских, обсуживающих армию, 1 млн в МВД), разных специалистов, работающих за рубежом. Что дает и как учитывается ЧК капитал, принимающий участие в экспорте нефти, газа С/Х продукции и т.д. Что мы получаем взамен? Следует помнить опыт Японии и Германии по восстановлению их потенциала за 20-30 лет после войны. Конечно, их ЧП был велик, несмотря на потери. А производство они возобновляли, используя новые технологии заново!

  3. Вклад фундаментальной науки в мировой ЧК определяется усилиями ученых всех наций. И по большому счету не важно, где российские граждане участвуют в этом процессе, у себя или за рубежом. Другое дело – разработка инноваций на основе достижений мировой фундаментальной науки.

  4. В работе Р.И.Капелюшникова [30] впервые в отечественной литературе дается стоимостная оценка ЧК России (по методу Джоргенсона – Фраумени) При этом Объем накопленного ЧК представляется как функцию от нескольких базовых переменных: общей численности населения; его гендерного состава; ожидаемых вероятностей дожития; образовательной структуры; коэффициентов зачисления в учебные заведения разного типа; уровней занятости; структуры относительных заработков; среднего уровня реальной заработной платы.

  5. Согласно полученным оценкам, в 2010 г. запас ЧК России составлял свыше 600 трлн руб., или примерно 6 млн руб. в расчете на душу населения. Он в 13 раз превосходил ВВП страны и в 5,5 раз объем физического капитала. Расчеты также предполагают, что по ППС Россия располагала в 2010 г. ЧК в размере около 40 трлн долл., а его уровень в расчете на душу населения приближался к 400 тыс. долл. За период 2002–2010 гг. в реальном выражении он вырос вдвое. Все указывает на то, что в 2000-е годы российская экономика становилась все более и более «человекокапиталистической». Отрицательное влияние на динамику ЧК оказывал такой фактор как старение населения,

Важно сделать подобные оценки на 2015 и 2018 гг – для сложного периода экономики России

Безусловно, построение исчерпывающей математической модели ЧП и ЧК России и их взаимодействия, влияние на них внешних и исторических факторов, является грандиозной проблемой синергетики. Часть этих проблем представлена в монографиях [31,32].

При подготовке статьи я пользовался многократными консультациями заведующей Центром политики занятости и социально-трудовых отношений Института экономики РАН доктора экономических наук Соболевой Ирины Викторовны.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Капица С.П. К теории роста населения Земли УФН т.180. 2010, сс1337-1347

  2. Романовский М.Ю., Романовский Ю.М. Введение в эконофизику: статистические и динамические модели. Изд. 2-е, испр. и доп.М.–Ижевск: Институт компьютерных исследований. 2012

  3. Демографический ежегодник России. Стат. сб. M: Росстат 2015

  4. ВИКИПЕДИЯ Население Земли 2017

  5. Россия в цифрах. Крат.стат.сб.M: Росстат. 2017

  6. Соболева И.В. Человеческий потенциал Российской экономики Проблемы сохранения и развития.М: НАУКА, 2007 .

  7. Малков С. Ю., Андреев А. И., Гринин Л. Е., Коротаев А. В, Малков А. С.. Россия в контексте мировой динамики: моделирование и прогноз. М.: Московская редакция издательства «Учитель», 2016

  8. Государство и отрасли инфраструктуры. М:Наука,2001

  9. Человеческий капитал из ВИКИПЕДИИ ( Список литературы 40 названий)

  10. Putnam R., Leonardi R., Nanetti R. Making Democracy Work. Princeton, Princeton University Press, 1993

  11. Дети в России.: Стат. сб./ЮНИСЕФ,. М.: Росстат ИИЦ «Статистика России», 2009.

  12. Плохотников К.Э. Математическая модель геополитики. Мировая политика. — 2017. № 3. С.23-74.

  13. Плат П., Хасс Э-К. Определенность и неопределенность в социальных системах: Синергетический подход. (Настоящий сборник)

  14. Чернавский Д.С., Щербаков А.В. Социально-Экономический Бюллетень 2016. М: Гриффон 2016

  15. Садовничий В.А., Акаев А.А, Коротаев А.В., Малков С.Ю. Моделирование и прогнозирование мировой динамики / Научный совет по Программе фунд. исслед. Президиума РАН «Экономика и социология знания». М.: ИСПИ РАН, 2012.

  16. Коротаев А. В., Гринин Л. Е. Кондратьевские волны в мир-системной перспективе Кондратьевские волны. Аспекты и перспективы / Отв. ред. Акаев А. А., Гринберг Р. С.  Гринин, Л. Е. , Коротаев А. В. . Малков, С. Ю. С. 58-109. Волгоград: Учитель, 2012.

  17. Сен А. Развитие как свобода. - М.: Новое издательство, 2004.

  18. Человеческий потенциал России: интеллектуальное, социальное, культурное измерение: Сборник научных работ / под ред. Б. Г. Юдина. - М.: Институт человека РАН, 2002.

  19. Человеческий потенциал: опыт комплексного подхода / Под ред. И. Т. Фролова. М., 1999.

  20. Буданов В. Г.Методология синергетики в постнеклассической науке и в образовании. Изд. 4-е дополн. - М.: URSS, 2017

  21. Иваницкий Г.Р. Робот и Человек: сходство – это предел чего? УФН 2018

  22. Малинецкий Г.Г. Чтоб сказку сделать былью...: Высокие технологии – путь России в будущее. Изд. стереотип.М: URSS. 2014.

  23. Малков С. Ю., Болохова К. А., Давыдова О. И. Модель оценки и прогноза развития человеческого капитала . Экономика и управление: проблемы, решения том 2(55) СС 7-16,2016

  24. Российский работник. Образование. Профессия, квалификация. Под редакцией В. Е. Гимпельсона и Р. И. Капелюшникова. М.: Издательский дом Высшей школы экономики, 2011, 576 с.

  25. Корчагин А. Российский человеческий капитал. Фактор развития или деградации. Воронеж: ЦИРЭ. 2005

  26. Кетова К. В.Математические модели экономической динамики. Ижевск: Изд-во ИжГТУ, 2013.

  27. Русяк И. Г., Кетова К. В. (2008) Учет человеческого капитала при моделировании экономической системы региона. Вестник МГУ. Серия «Экономика», № 3, с. 40–51.

  28. Кетова К.А., Дерендеева Е.А. Решение задачи оптимального управления региональной экономической системой. Вестник ИЖГТУ им. М.Т. Калашникова N 2, 2012, СС 162-165

  29. Иванов О. И. Человеческий потенциал (формирование, развитие, использование)ИПРЭ РАН. СПбГУ. — СПб.: Скифия-принт, 2013. —336 с. ISBN 978-5-98620-108-5

  30. Капелюшников, Р. И. Сколько стоит человеческий капитал России? : препринт WP3/2012/06 М. : Изд. дом Высшей школы экономики, 2012.

  31. Хакен Г., Плат П., Эбелинг В., Романовский Ю.Об истории синергетики. Общие принципы самоорганизации в природе и в общетве. Москва-Ижевск: Институт компьютерных исследований, 2017, 428 с.

  32. Haken H, Plath P., Ebeling W ,Romanovsky Yu.Beitrage zur Geschichte der Synergetik. Algemeine Prinzipien der Selbst-organisation in Natur und Gesellschaft .Wiesbaden: Springer Spektrum., 2016 s 346 

ВернерЭбелинг*,РайнерФайстель**


Самоорганизация в природе и обществе и стратегии построения будущего.1

Аннотация:Проф. Вернер Эбелинг и Райнер Файстель (Германия) под самоорганизацией понимают противоположность нормальным процессам, которые демонстрируют тенденцию к рассеиванию энергии, нарастанию хаоса. В качестве необходимого условия самоорганизация требует наличия сверхкритического расстояния от термодинамического равновесия и обеспечения высококачественной энергии. Эволюция представляет собой цепь процессов самоорганизации. В статье подробно говорится о том, как идеи самоорганизации и синергетики в последние пятьдесят лет получили резонанс в Восточной Европе и Советском Союзе и вызвали бурное развитие исследований. В произошедших на рубеже 1980-х – 1990-х годов социальных потрясениях идеи самоорганизации сыграли определенную роль. Распад социалистической общественно-хозяйственной системы в глобальном масштабе должен быть проанализирован с точки зрения самоорганизации. Особое значение имеет изучение глобальных проблем и стратегий будущего.

Ключевые слова:самоорганизация, Восточная Европа, Советский Союз, эволюция, бифуркация, глобальные проблемы, стратегии будущего


Werner Ebeling* und Rainer Feistel**

Self-organization in Nature and Society and Strategies for Building the Future.

Annotation:Prof. Werner Ebeling and Rainer Feistel (Germany) understand self-organization as the opposite of normal processes, which show a tendency to dissipate energy, the growth of chaos. As a necessary condition, self-organization requires a supercritical distance from the thermodynamic equilibrium and the provision of high-quality energy. Evolution is a chain of self-organization processes. The article describes in detail how the ideas of self-organization and synergetics in the last fifty years have received resonance in Eastern Europe and the Soviet Union and have caused the rapid development of research. The ideas of self-organization played a role in the social upheavals that took place at the turn of the 1980s and 1990s. The collapse of the socialist social and economic system on a global scale should be analyzed from the point of self-organization. Of particular importance is the study of global problems and strategies for the future.

Key words: self-organization, Eastern Europe, Soviet Union, evolution, bifurcation, global problems, future strategies.


1. Самоорганизация и ее роль в природе и обществе

Идеи, связанные с самоорганизацией и новой научной дисциплиной – синергетикой, – за последние полвека изменили наш взгляд на мир. Это в первую очередь касается Европы и особенно восточноевропейских обществ, таких как ныне несуществующие государства – Советский союз и Германская Демократическая Республика (ГДР). На американском континенте идеи самоорганизации и синергетики оказывали значительно меньшее влияние на общество и науку; здесь на переднем плане находилась концепция «хаоса» (Gleick, 1988; Krohn, Küppers, 1990). Ссылки на понятия «самоорганизация» и «синергетика», а также развитие данных исследований в Восточной Европе не привлекли особого внимания. Мы по-прежнему проводим различие между восточноевропейскими и западноевропейскими обществами; географическая граница лежит в районе 12-го меридиана восточной долготы. Тем самым мы явно не соглашаемся с распространенной, охватывающей узкую перспективу политической точкой зрения, в соответствии с которой лишь нынешние правительства определяют культуру общества. На наш взгляд, с тем чтобы понять рецепцию идей и их дальнейшее развитие в тех или иных обществах, необходимо привлечь историю последних ста или даже тысячи лет. Несомненно, этот аспект значим и для обсуждения стратегий формирования будущего.

В этой связи интерес представляют в том числе и недавние исследования ученых Берлинского Лейбницского объединения, посвященные развитию мировоззрения и особенно диалектики и марксизма (Hörz, 2009, 2016), а также роли труда в историческом контексте (Komlosy, 2015). Согласно Комлоси, 1250-й год нашей эры – это «нулевой год» для современных социально-экономических и трудовых отношений, поскольку в это время в Европе появилось новое многообещающее явление, а именно современный город. «Город», по словам Комлоси, превосходит все предыдущие агломерации в Европе вкупе со своими восточными предшественниками на «Шелковом пути», благодаря максимальным экономическим эффектам, получаемым, прежде всего, за счет большого трудового потенциала, которым располагает город, и за счет четкого пространственного разделения работы и дома. Только образование городов обеспечило как достаточное разделение труда, так и широкую палитру продуктов и рынков сбыта. В этом смысле самоорганизация начинает играть в городах все большую социальную роль.

В том, что идеи самоорганизации и синергетики в последние пятьдесят лет получили такой резонанс в Восточной Европе и вызвали столь бурное развитие исследований, можно усмотреть как научные основания, так и весомую социально-политическую составляющую. С научной точки зрения идеи теории самоорганизации и особенно синергетика в самом общем смысле в Восточной Европе упали на исключительно благодатную почву. Большую роль сыграл тот факт, что в России начиная с Л.И. Мандельштама и А. Андронова существовала сильная традиция нелинейной динамики, что подготовило необходимую основу. Чтобы понять социально-политические аспекты данного процесса, следует вспомнить, что в конце 1950-х – начале 1960-х годов, после изобличения репрессий сталинской эпохи, среди населения Советского Союза и социалистических государств Восточной Европы распространилась надежда на новое начало. Этим надеждам положили конец дальнейшие события, когда в Восточной Европе воцарились консервативные режимы, с которыми связана атмосфера «похолодания». вроде режима в ГДР, поощрявшего насильственную коллективизацию и пр. Эти вопросы вызывали жаркие дискуссии, в особенности в кругах русской «интеллигенции». В таком общественном настроении, в атмосфере ожидания перемен идеи самоорганизации были приняты очень тепло. Это была социально-политическая основа для восприятия новых идей. В качестве примеров упомянем лекцию лауреата Нобелевской премии Ильи Пригожина в Москве в 1971 г., которую один из авторов слушал вместе с Юрием Климонтовичем и затем обсуждал с ними обоими. В числе других примеров – публикации Грегуара Николиса и Ильи Пригожина, книги Германа Хакена по синергетике, а десятилетие спустя также различные доклады Германа Хакена в России, в том числе доклад на конференции по самовозбуждающимся волнам в 1983 г. в г. Пущино под Москвой. Все новые работы Пригожина, Эйгена, Хакена и других авторов на эту тему сразу же переводились на русский язык, выпускались большими тиражами и особенно горячо обсуждались молодыми учеными. После распада советской системы некоторые представители «интеллигенции» даже видели в синергетике своего рода новую доктрину спасения. Подобные дискуссии велись и в других социалистических странах, особенно в период так называемой мирной революции в ГДР (Feistel, Ebeling, 2011; Wesseletal., 2012; Gebhardt, 2012). По-прежнему живы в памяти лекции Пригожина, Эйгена и Хакена, читавшиеся в 1970–1980-х годах перед обществом естествоиспытателей «Леопольдина» в Галле, неизменно при переполненных залах.

Теорию самоорганизации штутгартский исследователь Герман Хакен назвал «синергетикой» (Haken, 1981, 1988; Haken, Haken-Krell, 1989, 1992). Синергетика ставит себе задачу исследовать условия, необходимые для осуществления процессов самоорганизации, и возникающие в результате этого структуры. На базе основополагающих работ Пуанкаре, Шредингера, Тьюринга, Пригожина, Эйгена, Хакена и др. в течение последних двух десятилетий было получено немало ценных результатов, которые внесли значительный вклад в понимание процессов самоорганизации и прояснение их роли в формировании сложных структур. Концепция самоорганизации сегодня играет важную роль в понимании сложности нашего мира. Она также предоставляет инструментарий для анализа его динамики и возможного будущего. В последние годы укрепляется научное представление, что этот сложный эколого-экономический и социокультурный мир, частью которого являются люди, может быть понят только как сложная динамическая система (Dosi et al., 1988; Klix, 1992; Erpenbeck, 1993; Kauffman, 1993). В данной системе феномены самоорганизации играют ключевую роль. По этой причине теория самоорганизации, или синергетика, также используется для изучения и моделирования возможных и осуществимых сценариев будущего нашей планеты. Эти научные области предоставляют ряд методов, которые подходят для изучения самых сложных систем (Ebeling, Scharnhorst, 2014).


2. Принципы самоорганизации и эволюция

С точки зрения естественных наук под самоорганизацией мы понимаем под этим противоположность нормальным процессам, которые демонстрируют тенденцию к рассеиванию энергии, или нарастанию хаоса. Нормальным процессом в этом смысле является спонтанное перетекание песчаных дюн и морских волн на пляже. Внешняя организация имеет место, когда отдыхающие строят из песка крепостные стены и замки или брызгаются водой. О самоорганизации мы говорим тогда, когда песок, под воздействием ветра и воды, «сам по себе», т.е. без какого-либо намерения или плана, превращается в дюны, складывается в различные узоры и когда на поверхности моря образуются высокие волны и буруны. Практически всех людей очаровывают эти разнообразные, никогда не повторяющиеся творения природы. Они успокаивают, стимулируют воображение, пробуждают творческий потенциал. Самоорганизацию мы находим не только на морском берегу, но и во многих других природных явлениях (Prigogine, 1979; Prigogine, Stengers, 1981, 1993; Feistel, Ebeling, 1989, 2011).

Самоорганизация возникает не всегда и не везде; ей требуются особые условия (Ebeling, 1976, 1989; Prigogine, Stengers, 1981; Nicolis, Prigogine, 1987). В нашем примере самоорганизация песка или морских волн в те или иные формы вызывается сильным ветром. Ветер и волны обеспечивают энергию для создания этих форм. Если нет ветра и море спокойное, ничего не происходит.

Секрет самоорганизации заключается в том, что песчаные формы, которые мы наблюдаем в дюнах и на мелководье, как и структуры морской поверхности, не задаются структурами ветра. Последний служит только поставщиком энергии. Конкретная форма песка или волн не содержится ни в форме, ни в структуре молекул воды, воздуха или песка и не описывается гидродинамическими уравнениями, определяющими динамику движения. Хотя в некоторых случаях эти природные паттерны можно просчитать, они ни в коем случае не являются тривиально предопределенными; подчас они даже нарушают базовые симметрии.

В общем, можно сказать лишь то, что в качестве необходимого условия самоорганизация требует наличия сверхкритического расстояния от термодинамического равновесия и обеспечения высококачественной энергии. Система должна быть обеспечена ценной энергией, а бесполезная энергия должна быть удалена. Ценной с точки зрения физики является механическая и электрическая энергия, а также теплота высокой температуры; бесполезна в этом смысле теплота, имеющая температуру окружающей среды. В качестве количественной меры ценности энергии (как и меры хаоса) со времен Клаузиуса физики используют термин энтропия (Ebeling, 2016). По этой причине можно также сказать, что привлечение ценной энергии и избавление от энергии бесполезной соответствуют экспорту энтропии. Однако для самоорганизации этого условия недостаточно. Трудно однозначно определить понятие самоорганизации. Здесь мы будем описывать как самоорганизацию такой процесс, который, вдали от термодинамического равновесия, при условии экспорта энтропии (снабжения ценной энергией), приводит к сравнительно более высокому молекулярному порядку. Пример этого был рассмотрен ранее; другим известным примером является так называемая реакция Белоусова – Жаботинского. Это сложная химическая реакция с участием ионов церия, ионов брома и малоновой кислоты, которые при добавлении других химических веществ могут спонтанно образовывать пространственные и временные структуры.

В данной связи особенно важно то, что теория самоорганизации может далее развиться в теорию эволюционных процессов (Ebeling et al., 1990). Благодаря теории самоорганизации физика покидает свой относительно абстрактный дом и устремляется в красочное разнообразие развивающегося мира, тем самым делая на более строгом уровне тот шаг, который другие науки сделали раньше. Ниже мы опишем ряд наиболее важных принципов данной теории (Ebeling, Feistel, 1992, 1994).


1) Принцип экспорта энтропии:

Энтропия – это мера ценности энергии, содержащейся в системе, и в то же время мера хаоса. Самоорганизация возможна только в том случае, если система может экспортировать энтропию. Это происходит лишь тогда, когда в систему поставляется высокоценная энергия (высокотемпературная теплота, электричество, механический труд), а малоценная энергия (низкотемпературная теплота, химическая энергия связывания) удаляется.

2) Принцип преобразования энергии:

Для построения упорядоченных структур требуются высокоценные формы энергии. Часть привходящей энергии связана с когерентными формами движения и внутри всегда преобразуется в ту или иную специфическую форму (энергия потока, разности концентраций, напряжения и т.д.).

3) Принцип сверхкритического расстояния:

Самоорганизация требует, чтобы система находилась на большем расстоянии от равновесия. Удаленность от равновесия означает, что данное расстояние превышает известные критические значения. Самоорганизация сопряжена с дискретными переходами и качественными изменениями.

4) Принцип нелинейности и обратной связи:

Для самоорганизации требуется нелинейная динамика системы, соответствующая нелинейным уравнениям. Как правило, нелинейность вызывается эффектами обратной связи.

5) Принцип усиления:

Когда система переходит из одной структуры в другую, в области перехода происходят сильные колебания. При переходе усиливаются некоторые виды флуктуаций, являющиеся ростками новых структур.

6) Принцип внутренней обусловленности:

Не граничные условия имеют первостепенное значение для самоорганизации, а динамика и внутренние факторы.

7) Принцип нарушения симметрии:

Как правило, образование структур связано с нарушением симметрии. Новые структуры чаще всего обнаруживают меньше симметрии, чем законы, на которых они основаны.

8) Принцип параметров порядка (принцип Хакена):

Обычно существуют особые режимы движения, которые координируют все частные движения. Поведение микроскопических подсистем (молекул, световых волн и т.п.) регулируется этими так называемыми параметрами порядка.

9) Принцип устойчивости к (внешним) помехам:

В случае внешней угрозы самоорганизованные системы оказываются относительно устойчивыми к малым помехам. Крупные помехи представляют опасность для системы; они могут привести к полному разрушению структуры.

10) Принцип фазовых переходов:

Процессы самоорганизации часто состоят из кинетических переходов, которые следуют друг за другом с все большим отклонением от равновесия. Существуют различные аналогии с равновесными фазовыми переходами.

11) Принцип ограниченной предсказуемости:

Выделяются два класса структур самоорганизации – регулярные и нерегулярные, или хаотические. Хаотические структуры характеризуются экспоненциально расходящимися траекториями. Это обусловливает низкую предсказуемость будущих событий.

12) Принцип историчности:

Наш мир возник в процессе эволюции, и понять его можно только посредством совместного рассмотрения основополагающих законов и конкретной истории его зарождения. Ядром биологии является дарвиновское учение, которое следует понимать как эволюционную теорию жизни, в то время как ядро социальных наук – это история социальных порядков.


Эволюцию, на наш взгляд, можно свести к процессам самоорганизации; она представляет собой, так сказать, цепь процессов самоорганизации. Тем самым самоорганизация оказывается наиболее важным элементом эволюции. Эволюция в природе и обществе – это потенциально бесконечная последовательность процессов самоорганизации. Следуя Гегелю, можно говорить не о цепях, а о спиралях, состоящих из циклов самоорганизации (Ebeling, Feistel, 1982, 1994). Переходы между циклами носят характер бифуркаций в математическом смысле. С физической точки зрения они демонстрируют известные аналогии с фазовыми переходами термодинамики. Вблизи переходов возникают явления, подобные поведению термодинамических систем вблизи фазовых переходов. Например, имеют место сильные колебания, длительные периоды расслабления и обширные пространственные корреляции; наблюдаются структуры различных масштабов и типичный спектр теплового шума. Как предполагает датский ученый Пер Бак и его коллеги, в сравнении с иными возможными состояниями эволюционных систем критическое состояние является предпочтительным. В этой связи Бак ввел термин «самоорганизованная критичность» (Bak, Chen, 1991). Идея самоорганизованной критичности (СОК) заключается в том, что подобные системы сами порождают критические условия (Kauffman, 1993) – таковы, например, склоны песчаных дюн, которые соответствуют критическому углу лавинообразования.

Совершенно иной, но столь же важный элемент эволюционных процессов, который здесь подробно не рассматривается, – это возникновение нового (Parthey, 1990). Притом что возникновение нового является закономерной и обоснованной тенденцией в эволюционных процессах, точное время и место его появления все же не заданы априори. Случайные влияния играют решающую роль в причинной детерминации этих и других обстоятельств возникновения нового. Рассмотрение случайных аспектов требует использования теории случайных процессов, стохастики и исследований хаоса (Ebelingetal., 1990; Cramer, 1993; Feisteletal., 2011).


3. К вопросу о развитии науки о самоорганизации и синергетике в Восточной Европе

Начало российской традиции теоретического изучения нелинейной динамики положила фундаментальная работа А. Ляпунова об устойчивости движения, вышедшая в Харькове в 1892 г.; в 1920-е годы в Москве Леонид Исаакович Мандельштам (1879–1944) дал этим процессам физическое обоснование. Мандельштам был интересной личностью и основателем научной школы. За участие в студенческих протестах он был исключен из Одесского университета, закончил изучение физики в Страсбурге и стал там профессором; в 1914 г. он вернулся на родину, и, после пребывания в Одессе, в 1925 г. стал заведующим кафедрой теоретической физики в Московском университете. Наряду с его известными исследованиями рассеяния света он также, в сотрудничестве с Н.Д. Папалекси, разработал теорию нелинейных колебаний на основе теорий Пуанкаре, Баркгаузена и ван дер Поля. Мандельштам создал крупную школу нелинейной динамики; среди его учеников – А.А. Андронов, С.Э. Хайкин, Г.С. Горелик, М.А. Леонтович, И.Е. Тамм и А.А. Витт.

Впоследствии школу нелинейной динамики развивал Александр Александрович Андронов (1901–1952; с 1931 г. профессор Горьковского университета). В Горьком Андронов и его школа разрабатывали методологические основы теории нелинейных колебаний. Математические основы данной теории также, среди прочих, развивали Эберхард Хопф в Лейпциге и Николай Боголюбов, сначала вместе со своим учителем Н. Крыловым в Киеве, а затем в рамках собственной школы в Москве. Дальнейшее развитие теории связано с исследованиями Владимира Арнольда и Якова Синая в Москве и Леонида Шильникова в Нижнем Новгороде. Большое влияние на ее развитие оказали сенсационные эксперименты Бориса Белоусова и Анатолия Жаботинского, в которых демонстрировались химические осцилляции (Zhabotinsky, 1974).

Своя традиция существовала и в Германии; ее зарождению послужили исследования колебаний Германа фон Гельмгольца в Гейдельберге и Берлине, химические эксперименты Вильгельма Оствальда в Лейпциге и труды по электрическим колебаниям Генриха Баркгаузена в Берлине и Дрездене (Helmholtz, 1860; Barkhausen, 1907). После Второй мировой войны на развитие нелинейной динамики здесь повлияли и российские школы. Описание соответствующих научных событий в восточноевропейских странах можно найти в новой книге (Haken et al., 2016, 2017). На работу исследовательских групп в данной области в Ростоке и Берлине, к которым принадлежали авторы, значительное влияние оказали Юрий Климонтович, Илья Пригожин и несколько позже Манфред Эйген, Петер Шустер, Герман Хакен и Михаил Волькенштейн. Авторы стали свидетелями ряда важных событий, в том числе семинара в феврале 1971 г. в Москве, на котором по приглашению лауреата Нобелевской премии Петра Капицы Илья Пригожин прочел лекцию о самоорганизации, а также слушали различные доклады Германа Хакена. Именно московские семинары вкупе с появившимися тогда же работами Германа Хакена вызвали взрыв исследований самоорганизации и синергетики в Восточной Европе и ГДР, в чем ключевую роль сыграл профессор Московского университета Юрий Львович Климонтович.

Важное значение имели личные встречи главных героев. Пригожин и Климонтович встретились в феврале 1982 г. на берлинской конференции «Необратимые процессы и самоорганизация», и в том же году на симпозиуме «Синергетика и кооперативные процессы» в Таллинне познакомились Хакен и Стратонович (Romanovsky, 2007). Эти встречи привели к тому, что в 1982 г. упомянутые профессора совместно с Германом Хакеном основали Московский синергетический семинар, который с тех пор проводился не реже раза в месяц. Встретившиеся тогда впервые Герман Хакен и Руслан Стратонович, в частности, договорились о переводе последней работы Стратоновича и ее публикации в серии «Синергетика» издательстваSpringer(Stratonovich, 1994). Руслан Леонтьевич Стратонович – один из пионеров стохастической теории нелинейных процессов. Он принадлежал к числу наиболее оригинальных исследователей в этой области. В его честь были названы различные важные достижения, такие как преобразование Хаббарда – Стратоновича, интерпретация Стратоновича (интерпретация стохастических источников шума) и др. (Stratonovich, 1961, 1963, 1967, 1994). Давняя крепкая дружба связывает авторов и с профессором Юрием Михайловичем Романовским (род. в 1927 г.). Романовский начинал свою научную деятельность с теории нелинейных колебаний; с 1970-х годов он сосредоточил усилия на биофизических применениях данной теории и написал целый ряд важных монографий на эту тему (Romanovsky et al., 1975, 1984, 2004). После кончины коллег он руководит Московским семинаром по синергетике, и благодаря ему эта традиция продолжается. Ведущую роль в применении теории самоорганизации к проблемам биофизических исследований в России сыграл Михаил Волькенштейн. Его работы переведены на многие языки (Volkenstein, 1983, 1984). Неизгладимое впечатление произвели доклады Волькенштейна на Берлинской конференции в 1982 г. и на конференции в Кюлунгсборне в 1985 г. под названием «Selforganization by nonlinear irreversible processes» («Самоорганизация как следствие нелинейных необратимых процессов»), материалы которой были опубликованы в основанной Хакеном серии «Синергетика» (Ebeling, Ulbricht, 1986).

В Московском государственном университете в числе других работала профессор Полина Ланда, которая внесла значительный вклад в развитие теории и является автором важных трудов по нелинейной динамике (Landa, 1980, 2001). В Академии наук СССР работал Дмитрий Чернавский, который приобрел широкую известность благодаря своему вкладу в изучение самоорганизации в биофизике (Romanovsky et al., 1975, 1984) и благодаря созданным им моделям обработки информации (Chernavsky, 2001). Группы биохимика Анатолия Жаботинского и математика Сергея Курдюмова в Москве и биофизиков Евгения Селькова и Валентина Кринского в Пущино содействовали развитию как теоретических, так и прикладных исследований. В Академии трудился и Юлий Данилов, уважаемый полиглот, который своими докладами, редактированием, переводами и комментариями, несомненно, способствовал развитию синергетики.

Из числа более молодых коллег следует назвать, прежде всего, Вадима Анищенко, который вместе со своими коллегами Владимиром Астаховым, Александром Нейманом, Татьяной Вадивасовой и другими создал в Саратове крупную школу нелинейной динамики и синергетики. В Московском государственном университете работал Александр Михайлов, который со своим коллегой Лоскутовым вел в МГУ лекции и семинары по синергетике и затем опубликовал двухтомный труд по синергетике (Mikhailov, 1989; Mikhailov, Loskutov, 1991). Они оба также внесли существенный вклад в организацию Московского семинара по синергетике. Проблемы самоорганизации и синергетики вызывали живой интерес и в других восточноевропейских странах, что было рассмотрено в другой работе (Haken et al., 2016, 2017).


Пробы и ошибки суть источники

прогресса в знаниях и обществе.

Они также элемент свободы.

Ральф Дарендорф. Тропы из утопии


4. Самоорганизация и синергетика в ходе социальных потрясений на рубеже 1980-х – 1990-х годов

Во введении мы уже показывали, что идеи самоорганизации и синергетики, которые изначально представляли собой чистую теорию, вызвали особый резонанс в восточноевропейских обществах, например в Советском Союзе и других социалистических государствах, в частности в ГДР. Общества и особенно науку в американском полушарии рассматриваемые идеи самоорганизации и синергетики затронули в значительно меньшей степени. Мы видим причины этого не только в той политической ситуации великих социальных потрясений конца XX в., но и в прочно укоренившихся исторических традициях, которые охватывают последние сто, а частично даже и тысячу лет.

Интересный с социологической точки зрения факт состоит в том, что в 1970-х – 1980-х годах практически все выходившие в странах Западной Европы работы по вопросам самоорганизации и синергетики сразу же переводились в Советском Союзе и публиковались исключительно крупными тиражами.

На наш взгляд, в произошедших на рубеже 1980-х – 1990-х годах социальных потрясениях идеи самоорганизации сыграли определенную роль; некоторые даже (ошибочно) полагали, что синергетика является своего рода новой доктриной спасения.

C точки зрения самоорганизации, распад социалистической общественно-хозяйственной системы в глобальном масштабе ставит очевидные и достаточно фундаментальные вопросы, которые ждут дальнейшего научного изучения и ответа. Наиболее важный из них заключается в том, способны ли вообще люди сознательно организовывать собственное социальное сосуществование в соответствии с научно обоснованными принципами, на благо всего человечества и для обеспечения будущего, или же они пассивно подчиняются силам самоорганизации, направляемым эгоистичными интересами отдельных людей. В прошлом подобная самоорганизация неоднократно приводила к неожиданным и при этом исключительно драматическим экономическим кризисам и военным катастрофам; большинство людей их не желали, но они имели для многих из них трагические последствия. Эти вопросы по-прежнему открыты для обсуждения.

События, последовавшие за 1990 г., оставили глубокий след также и в судьбе описываемой дисциплины и ее представителей. Вот лишь один пример. Прежняя кафедра физики Берлинского университета им. Гумбольдта, о которой уже шла речь выше, была распущена в 1990 г., и на ее месте был создан Институт физики, с новой структурой, и работать в него пришли новые сотрудники. Это не решило всех проблем. С другой стороны, тогда появились новые возможности для зарубежных поездок, публикаций в ведущих международных журналах, новые возможности для сотрудничества. Мы уже отмечали, что до 1990 г. развитие области в значительной степени определяли ведущие ученые – Эйген, Хакен, Климонтович и Пригожин. Эта тенденция сохранилась и впоследствии. Одним из наиболее важных и позитивных событий, безусловно, явилось создание, при финансовой поддержке Немецкого научно-исследовательского сообщества, специального исследовательского центра «Нелинейные необратимые процессы», совместно с коллегами из Берлинского технического университета – Зигфридом Хессом, Вольфгангом Мушиком и Экехардом Шёллем, – Берлинского свободного университета, в частности Бернольдом Фидлером, и Потсдамского университета, среди которых Юрген Куртц, Аркадий Пиковский и др. В работе Центра важную роль сыграла бывшая группа «Росток – Берлин». В Берлинском университете им. Гумбольдта с 1979 г. работу в рассматриваемой области на кафедре физики в основном осуществляли исследователи, начинавшие свою научную деятельность в Ростоке, – Харальд Энгель-Герберт, Хорст Мальхов и Лутц Шимански-Гайер.

И для многих российских и восточноевропейских коллег социальные потрясения рубежа 1980-х – 1990-х годов не прошли бесследно. Сегодня многие из них работают в других местах. Александр Михайлов сейчас возглавляет известную рабочую группу в Институте им. Фрица Габера в Берлине. Аркадий Пиковский руководит рабочей группой в Потсдамском университете. И целый ряд других российских исследователей в области нелинейной динамики и синергетики продолжили свою деятельность за рубежом, а именно Владимир Арнольд (Париж), Леонид Бунимович (Джорджия), Александр Нейман (Огайо) и Яков Синай (Принстон). Другие продолжили исследования самоорганизации и синергетики в России. В качестве примера назовем лишь нынешнего руководителя Московского семинара по синергетике Юрия Романовского и Вадима Анищенко, создавшего в Саратовском университете известную ныне далеко за пределами России группу исследований нелинейной динамики и тесно сотрудничающего с группами Берлина и Потсдама (Anishchenko et al., 2002).


Я всегда думал, что каждый человек – против войны,

пока не обнаружил, что есть такие, которые за,

особенно если им не нужно идти туда самим.

Эрих Мария Ремарк


5. Общие соображения о роли самоорганизации в конфликтах, кризисах, войнах и социальных потрясениях

Неотъемлемой составляющей эволюционных процессов являются противоречия, конфликты и качественные изменения (Feistel, Ebeling, 1989, 2011). В этой связи в рамках теории самоорганизации была разработана концепция фрустрации. Ситуация является фрустрированной, если имеют место несколько частично противоречащих друг другу условий или требований. Выполнить их все одновременно невозможно. Практически все ситуации нашей повседневной жизни относятся к этому типу – они фрустрированы. В физике фрустрация также играет важную роль (Ebeling et al., 1990; Lanius, 1994). Как выясняется, обычно существует немало компромиссных решений, которые оказываются практически равноценными решениями проблемы. Эти разнообразные компромиссы крайне разнятся и лежат на противоположных полюсах поля возможностей. Какое условие фактически принимается, зависит от начальных условий, а также от случайных факторов. Как только система попадает в одно из этих состояний, переход к другому компромиссу маловероятен. С помощью математических примеров можно продемонстрировать, как из простых, но противоречивых условий могут возникать очень сложные и интересные в эстетическом плане паттерны (Peitgen, Richter, 1986; Mandelbrot, 1987). Социобиологическая эволюция постоянно приводит к появлению фрустрированных проблем, что играет важную роль и при формировании сложных социальных структур. Здесь необходимо обсудить некоторые ключевые факторы. Поиск выхода из кризиса и разрешение конфликтов – неотъемлемая часть эволюции. Существует немало способов разрешения конфликтов. Худшие из них – противостояния и войны между обществами.

Наиболее извращенными являются современные войны с применением бомб, особенно ядерных. Вооружений такой разрушительной силы, как в нашем непродолжительном веке, мир еще не знал. С другой стороны, стоит нам бросить взгляд на общую историю эволюции, мы увидим, что эволюция всегда находила выход и продолжалась в самых непростых ситуациях. В качестве ярких примеров мы можем назвать (Ebeling, Feistel, 1982, 1994) произошедшую порядка 2 млрд лет назад кислородную катастрофу, гибель динозавров около 60 млн лет назад и периодически повторяющиеся ледниковые периоды. Сегодня мы, очевидно, пребываем в мегакризисе: наша экосистема, климат, энергоснабжение, финансовая система и социальное равновесие дают сбой. Несмотря на горький опыт мировых войн XX в., в войне вновь видят средство решения проблем. Повсюду политики снова, как некогда немецкий кайзер Вильгельм II, мечтают принять на себя «большую ответственность» за мир. Исторический опыт показывает, что это всегда означает войну.

Как мы знаем, тысячелетиями между государствами / народами ведутся войны, которые всегда были связаны с большими потерями жизней, материальных ресурсов и ценной энергии. Около 2000 г. н.э., т.е. примерно через два миллиона лет после своего появления человек изобрел современные взрывчатые вещества и, таким образом, «современную войну», потребляющую огромные ресурсы. Крайней степенью извращения стала «анонимная война», ведущаяся с помощью бомбардировщиков, ракет, беспилотников; при этом «спусковой крючок» может находиться в сотнях или тысячах километров на чьем-то письменном столе или компьютере. Воздушная война была изобретена в эпоху Первой мировой войны; ее печальным апогеем стали бомбардировки Герники, Ковентри, Дрездена, Хиросимы и Нагасаки во время Второй мировой войны. С технической точки зрения очередной кульминацией явилась воздушная война во Вьетнаме, а ее ужасная имитация, Косовская война, – настоящее грехопадение Европейского союза. Новым витком извращенного развития военных технологий стали высокотехнологичные войны XX в., которые велись с воздуха с помощью оружия массового уничтожения с дистанционным управлением, бомбардировщиков, поражающих цель на большом расстоянии, ракет, роботизированного оружия и беспилотников в Ираке, Ливии и других странах (Lüders, 2016). Анонимные высокотехнологичные войны XXI в. ведутся с письменного стола, монитора компьютера или трибуны без риска для их виновников и даже с большой финансовой выгодой для некоторых групп. Это относится и к так называемым гуманитарным войнам (Косово). В некотором смысле высокотехнологичные войны – это высокотехнологичные улицы с односторонним движением, ведущие к концу света. Когда воплотится лелеемая некоторыми политиками мечта о том, что через несколько лет по нашим улицам будут колесить исключительно автомобили с дистанционным управлением, тогда террористические группы, несомненно, принесут высокотехнологичную террористическую войну в наши города. Естественно, любой, кто владеет техникой, может применить это оружие, и последствия будут ужасающими. В 2003 г. в Ираке всего за два месяца было использовано больше взрывчатки, чем за весь XX век. Среди человеческих потерь, о которых сообщала пресса, было 30 британцев, 130 американцев, 200 журналистов и миллион мирных жителей, чья национальная принадлежность названа не была. В Ливии авиация НАТО совершила 20 тысяч атак, и потери были не на много меньше.

Помимо этого, сторонники военных действий (к которым во время Косовской войны относились и «зеленые» политики) ответственны за климатические изменения, являющиеся последствиями бомбардировок. Современные воздушные войны приносят огромный материальный и энергетический ущерб. Выбросы углекислого газа в результате военных действий в XXI в. сводят на нет все меры по сокращению вредных выбросов, предпринятые к настоящему моменту по всему миру, и представляют собой серьезную угрозу мировому климату, что, к сожалению, по всей видимости, не признано в должной мере Межправительственной группой экспертов по изменению климата (МГЭИК), возможно, в силу неоднозначных интересов ряда доноров. Соответственно, воздушные войны последних двадцати лет выступают в качестве существенного фактора изменения климата. Современные неядерные бомбы обладают взрывной мощностью от 1 до 50 т тротила. По оценкам экспертов, в ходе войны в Ираке, которая, согласно Стиглицу (Stiglitz, 2010), стоила США около 3 трлн долларов, было использовано порядка 30 тыс. т бомб и иных взрывных устройств. Поскольку речь идет о современных высокотехнологичных взрывчатых веществах, это соответствует мощности более 30 тыс. т в тротиловом эквиваленте. Предполагая – по самым скромным оценкам, – что 1 т тротила разрушает куб 10x10x10 м, т.е. около 1000 м³ здания размером с семейный дом, мы получим более 10 млн м³ материала, взорванного в Ираке, что соответствует извержению мощного вулкана. Перспективы у нашего мира самые мрачные; супербомба, сброшенная США в апреле 2017 г. в Афганистане, имела мощность уже в 10 тыс. т тротила. Человеческие потери в афганском горном регионе были невелики, в то время как экологический ущерб, вероятно, был значительным, однако серьезных протестов со стороны экологов так и не последовало.

Несмотря на то, что до сих пор нет надежных исследований последствий для климата региона – несомненно, вследствие наличия различных противоборствующих интересов, – наша приблизительная оценка показывает, что нанесенный ущерб мог равняться последствиям извержения вулкана Тамбора. Настоящая безответственность, что этому фактору, столь непосредственно сопряженному с климатическими изменениями, в журналистских и политических дискуссиях наших дней в сравнении с выбросами маломощных источников загрязнения вроде угольных электростанций уделяется так мало внимания. Поскольку эти комментаторы, как, к сожалению, и некоторые исследователи климата, принимают во внимание лишь свидетельства последних полутора столетий, они пропускают немало реальных крупных событий, таких как извержения вулканов, имеющие драматичные последствия. Было доказано, что извержение Тамборы 1815 г., при котором было выброшено около 30 км³ магмы, обернулось серьезными последствиями для мирового климата: на следующий год средняя мировая температура понизилась на 1° C, и по всему миру отмечалось ухудшение погоды, неурожаи и следующие за ними периоды голода (Self, 2006). Более слабое извержение вулкана Лаки в Исландии за 30 лет до этого имело еще более драматичные последствия для климата Европы и, как считается, привело наряду с другими факторами к голодным бунтам во Франции в 1789 г. И если в докладе ООН 2013 г. об изменении климата делается вывод о том, что природные факторы в последнее время оказывают меньшее влияние на климат, и если доклад ООН преуменьшает последствия войн, то это, вообще говоря, не что иное как безответственность. С подобной точностью никто не может предсказать будущее. Флуктуации естественных факторов и последствия бомбардировок охватывают более длительные временные периоды, извержения, по мощности сопоставимые с Тамборой, могут повторяться каждые 10–100 лет, а войны в арабском мире все продолжаются. В недалеком будущем незапланированным следствием арабских войн может стать ухудшение климата в Европе. Но и в самой Европе есть причины для беспокойства. Мы наблюдаем стремление вновь вбить клин между Восточной и Западной Европой, возможно, даже начать новую войну. В контексте европейской истории, а также прогнозируемых климатических изменений в следующие 100–1000 лет это абсолютно провальная, прямо-таки авантюрная стратегия.

Ход эволюционных процессов, как биологических, так и социальных, по существу, определяется не столько «божественным промыслом» или глобальными стратегиями, сколько вечным бесцельным блужданием в многомерном пространстве в поисках мелких локальных тактических преимуществ. С научной точки зрения природные эволюционные процессы отличаются тем, что не повторяются, так что эксперименты, спонтанно происходящие по той или иной причине, не дают строго воспроизводимых результатов, в отличие от классической экспериментальной физики. Фактически каждый эволюционный шаг является новым «экспериментом», при этом ни один из них не происходит в контролируемых лабораторных условиях. Тем важнее рассматривать такие эксперименты объективно, как исторически уникальные феномены, и оценивать их особенно скрупулезно. Однако в социальных процессах эту максиму, по-видимому, подчас приносят в жертву политическим предубеждениям, религиозным догмам и экономическим интересам, в ущерб науке и отнюдь не на благо потенциальных будущих пользователей полученных знаний.

Стремление к лучшему миру так же старо, как и само человечество; от библейского рая до «Утопии» Томаса Мора, люди страстно воображают его вновь и вновь. Вдохновленный ранними идеями самоорганизации, такими как сформулированная Иммануилом Кантом и Пьером-Симоном Лапласом гипотеза о происхождении нашей Солнечной системы или теория эволюции живых существ Чарльза Дарвина, Карл Маркс разработал на экономической основе теорию эволюции человеческого общества. Из этого в «Коммунистическом манифесте» Маркс вывел научно обоснованную идею лучшей формы социальной организации, которая, в отличие от более ранних утопий, казалась практически достижимой. Этот фантастический «коммунизм» как новый социальный порядок вызвал живой интерес и стал лучом надежды для многих людей, от нищего рабочего класса до интеллектуальной буржуазии, к которой относился, в частности, Фридрих Энгельс. Вместе с тем противники этой идеи со всей серьезностью боролись и по сей день борются с ней политическими, экономическими, военными и пропагандистскими средствами. В конце Первой мировой войны в России Ленин и его соратники предприняли попытку осуществить эту идею на практике. Две теории при этом играли ключевую роль – теория монополистического капитализма и вытекающей из него централизованной плановой экономики, и демократический централизм как форма политической организации государства. Исходя из сегодняшней перспективы можно сформулировать гипотезу о том, что обе концепции проявили себя как динамически неустойчивые структуры и оттого в рамках практического эксперимента оказались неэффективными.

Существует систематическая тенденция, в соответствии с которой успешные капиталистические предприятия растут, а неуспешные исчезают. Посредством простой экстраполяции отсюда можно сделать вывод, что эволюция приводит к ситуации, когда несколько монополий захватывают всю экономическую и политическую власть в государстве. Социализм, таким образом, мог бы побороть этот неизбежный результат и изменить ситуацию к лучшему, чтобы из рук нескольких частных владельцев монополий средства производства перешли в общественную, «народную» собственность. Однако в условиях реального капитализма подобные крупные компании в долгосрочной перспективе склонны к бюрократической неповоротливости; они не проявляют гибкости и интереса к инновациям. Такие гиганты обычно стареют и распадаются; в итоге образуются новые, мелкие и гибкие компании. Ленинский «реальный социализм» с его централизованной плановой экономикой выбрал именно эту патологическую составляющую «паразитического, загнивающего и умирающего капитализма» в качестве своего центрального экономического принципа, отсюда соответствующие катастрофические последствиям для экономики и инновационных перспектив. Еще в 1982 г. применительно к ГДР авторы отмечали, что в ходе эволюционного процесса отказ от инноваций может быть полезной тактикой в течение непродолжительного времени, но в конечном итоге это губительная стратегия (Ebeling, Feistel, 1982; Parthey, 1990).

Собственность – это право распоряжения. Общественная собственность предполагает, что данное право будет реализовано, т.е. широкая общественность получит практическую возможность распоряжаться своим имуществом в надлежащей демократической форме. В социализме этой цели должна служить иерархическая система, так называемый демократический централизм, при котором группы людей назначают представителя своих интересов и прав. В свою очередь представители нескольких групп образуют группу, которую будет представлять один из их членов и так далее вплоть до вершины пирамиды. Тем самым на время исполнения своих обязанностей уполномоченные на каждом уровне представляют интересы реальных собственников у подножия пирамиды; в конце срока избиратели заслушивают отчет об их деятельности и освобождают их от их обязанностей. На практике эта, казалось бы, исходящая из благих намерений процедура часто сводилась к формальности, поскольку будучи однажды избраны, люди использовали свои властные привилегии, чтобы оставаться у власти и лишь упрочивать свои позиции посредством систем коррупции и угодничества. Пожизненная власть стала нормой; особенно извращенными являются случаи, когда «любимый вождь» передает свои полномочия, которые должны быть получены в результате выборов, биологическому наследнику, будто в средние века. Наука, обязанная постоянно подвергать критике свои основные положения и в случае необходимости отвергать негодные, смиренно согласилась с провозглашением догм и «вечных истин», опять-таки в поддержку власти правителей. Альтернативные концепции подверглись политическим репрессиям как «ревизионистские» или «антигосударственные»; поразительный «научный социализм» превратился в фарс. Однако подобное извращение основной идеи, имевшее место в коммунизме, отнюдь не единственный пример в истории человечества. Библия в свое время была ведущей научной работой, сборником человеческих знаний и набором правил для мирного и справедливого сосуществования. В первую очередь в результате инквизиции католической церкви в средние века Библия была возведена в статус догмы и использовалась правителями как инструмент удержания и расширения власти. Можно привести и другие примеры.

Собственность – это не физическое или химическое свойство вещи, которой обладают. Собственность – это символическая информация в мозге владельца и других людей, знающих о факте владения. Рождение собственности на заре человечества из ее ранних животных форм, подобно возникновению языка, представляло собой процесс самоорганизации символической информации (Feistel, 1990; Feistel, Ebeling, 2011, 2016). Собственность явилась предпосылкой появления систематического бартерного обмена и, следовательно, разделения труда, на котором, в конечном счете, начиная с каменного века основывается социально-экономический прогресс. Кроме того, разделение труда позволило отдельным людям заниматься наукой, не умирая при этом с голода, или же, например, накапливать богатство и тем самым властвовать над людьми. Социальные режимы различаются, прежде всего, тем, как регулируется распределение собственности. В начале существования ГДР учреждение «социалистической собственности» имело ключевое значение и важнейшие последствия, равно как и ее «ликвидация» в последние дни Республики. Поражение «социалистической народной собственности» в борьбе с капиталистической частной собственностью в эволюционной гонке дискредитировало первую и сделало неприкосновенность последней священным принципом политики. Тем не менее, как представляется, было бы несравнимо разумнее не отдавать так называемые релевантные для системы структуры общества на откуп произвольным и подчас эгоистичным решениям отдельных частных собственников, чья профессиональная квалификация неопределенна, а демократические полномочия не установлены, тем более что эта собственность подлежит биологическому наследованию. Научно обоснованный социальный дискурс о роли и границах собственности будет иметь первостепенное значение для формирования образа лучшего мира.


Кто мы? Откуда мы?

Куда мы идем? Чего мы ждем?

Что ждет нас?

Эрнст Блох. Принцип надежды


6. Стратегии формирования будущего и принцип надежды

Сегодня многие люди задаются вопросами об угрожающем экологическом ущербе нашей планете и прогрессирующем исчезновении биологических видов, а также о новом измерении войн. Они вопрошают: «Что будет дальше с эволюцией на нашей планете? Quo vadis evolutio?»

Если мы разделяем бытующее мнение, будто нам уже известны все разумные сценарии будущего, значит мы полагаем, что траектория эволюции задана раз и навсегда. Бесчисленное число раз эволюция оказывалась в практически безнадежной ситуации и всегда находила выход из кризиса. Конечно же, нет никакой гарантии, что она найдет выход и из нынешнего крайне серьезного кризиса. Тем не менее, подобная изобретательность эволюции позволяет нам вполне обоснованно надеяться, что посредством рационального поведения человечеству удастся вновь справиться с проблемами. В качестве впечатляющего исторического примера можно рассмотреть первый крупный экологический кризис нашей планеты, который преодолела биологическая эволюция. Мы имеем в виду «загрязнение окружающей среды» фотосинтезирующими растениями около 2 млрд лет назад. Как случился первый экологический кризис? В первую эпоху эволюции нашей планеты, которая началась около 4,5 млрд лет назад и окончилась вышеупомянутым крупным экологическим кризисом, Земля была окружена восстановительной атмосферой, в которой кислород существовал только в форме оксидов. Возникшие в первую эпоху в результате самоорганизации микробионты пребывали в тяжелой борьбе за выживание (Eigen, 1987), поскольку количество пищи в форме спонтанно образовавшегося органического вещества постепенно сокращалось. В условиях подобного дефицита некоторым микробионтам удалось «подключиться» непосредственно к солнечной радиации. Был «изобретен» фотосинтез. Это привело к появлению растений и гетеротрофов. С тех пор часть живых существ жила в новой системе автаркического снабжения, еще один медленно вымирающий класс по-прежнему пребывал в старой системе жизнеобеспечения, а третий класс освоил паразитический образ жизни. Растительные системы посредством фотосинтеза производили все больше кислорода, который накапливался в атмосфере.

Вырабатываемый растениями кислород, который 2 млрд лет назад составлял все больший процент земной атмосферы, разрушал клетки нерастительных форм жизни. Прекрасным примером изобретательности жизни являются развившиеся затем жабры и легкие, что привело к появлению поздних высокоразвитых форм жизни – позвоночных. Как жизнь нашла выход из тупика первого экологического кризиса? Благодаря самоорганизации находившиеся под угрозой исчезновения жизненные формы адаптировались к «загрязнению» их окружающей среды. У самых изобретательных из них сформировались жабры и легкие, которые обеспечили выживание в новых условиях. Люди происходят от этих творческих существ. Наш пример демонстрирует ключевую роль самоорганизации в эволюционном процессе. Хотим также отметить интересный факт, что растениям, которым с тех пор фактически не угрожали никакие кризисы, по сей день не удалось создать более высокие, разумные, формы. В каком-то смысле нынешний экологический кризис – это «запоздалая месть» виновникам первого экологического кризиса, потому что сегодняшний кризис – это, прежде всего, кризис растительного мира нашей планеты. Однако это слишком поверхностная точка зрения, поскольку если биологическое разнообразие растений продолжит сокращаться так же катастрофически, как в конце XX-го столетия, на нашей планете вообще может исчезнуть вся жизнь.

В этой ситуации мы должны задаться вопросом, могут ли результаты исследований самоорганизации и эволюции сегодня помочь нам найти выход из нынешнего серьезного экологического кризиса и указать на осуществимые способы формирования будущего, пригодного для жизни человечества (Bloch, 1985; Voßkamp, 1985; Dahrendorf, 1986). Чтобы пролить свет на этот вопрос, начнем, пожалуй, с современной сказки.

Жила-была планета по имени Земля, где через 3-4 миллиарда лет после возникновения жизни, после преодоления кислородного кризиса, в результате гипертрофического роста одного вида Ч. разразился еще один мощный кризис, угрожавший существованию данного вида. Поскольку доступная ценная энергия значительно оскудела, а темпы роста ежедневного потребления «представителей» вида Ч. лишь повышались, первым возник энергетический кризис. Изобретательный вид Ч. нашел выход из ситуации: он захватил накопленные путем фотосинтеза запасы ценной энергии в виде угля и других энергоресурсов Земли и стал использовать их в крупных масштабах. Рост вида Ч. и его технической среды был настолько бурным, что за очень короткое время превзошел все, что существовало до этого. Однако беспощадная эксплуатация энергетических запасов, создававшихся другими видами (растениями) в течение миллиардов лет, вновь поставила мир в, казалось бы, безнадежное положение, вызвав новый глобальный кризис. Неконтролируемая эксплуатация всех ресурсов, вследствие чего сократилась среда обитания других видов и, прежде всего, произошло загрязнение окружающей среды углекислым газом и различными отходами, а также все более интенсивные военные конфликты привели к тому, что всем живым существам на планете Земля угрожает исчезновение.

Отдельной проблемой стали «ножницы» в потреблении ценной энергии и доступного сырья, которые Ч. создал в пределах своего собственного вида. Менее пятой части представителей вида, живущие в странах, которые назвали себя «высокоразвитыми», получили особую привилегию требовать в пять раз больше энергии и сырья в сравнении со средним потреблением.Привилегированная пятая частьвида Ч., с целью сохранения своих привилегий, систематически создавала ножницы статуса и потребления, такие как «Север – Юг» и «Запад – Восток». В долгосрочной перспективе эти ножницы оказались потенциальной угрозой глобальной политико-экономической стабильности. С другой стороны, в результате эксплуатации энергетических запасов и доступного сырья были достигнуты пределы эколого-экономической стабильности. Каждый день исчезало множество биологических видов, сокращалась общемировая площадь лесов. При этом производилось и использовалось все больше оружия. Законы роста для таких важнейших параметров, как энергия, численность населения, оружие и т.п., перешли от экспоненциального режима к гиперболическому. Сформировалась тенденция, которая, предположительно, должна была привести к катастрофе примерно в 2050 г. Тем не менее, большинство представителей вида Ч. жили, как прежде. Наконец, некоторые стали проявлять беспокойство о будущем своих детей и внуков. Был созван совет мудрецов и представителей синергетики; ему поручили разработать план перехода к новому стабильному режиму.

Что касается нашей сказки, неясно лишь, что будет дальше. Мы живем не в сказке, а в суровой реальности. С физической точки зрения для продолжения эволюции изначально существуют серьезные препятствия, прежде всего, вследствие ограниченности потока доступной ценной энергии (энтропия). Поток ценной солнечной энергии, текущей к земле, в среднем составляет порядка 230 Вт/м²; такое же количество энергии, но более низкого качества (более низкая температура излучения) течет обратно в космос. Этот поток является основной движущей силой самоорганизации на нашей планете; в этой связи мы образовали термин «фотонная мельница» (Ebeling, 1989). Поток энергии, переносимый солнечными фотонами, соответствует энтропийному потоку (экспорту энтропии) примерно в 1 Вт/К на кв.м площади земной поверхности. Если в итоге производится больше, накапливается «энтропийный мусор». Таковы физические пределы роста. Когда будет израсходовано все «топливо», для осуществления всех метеорологических, биологических, экологических и экономических процессов вместе взятых будет доступно не более 230 ватт ценной солнечной энергии на квадратный метр. Лишь порядка одной пятитысячной этого потока сегодня расходуется на фотосинтез, т.е. менее 100 мВт/м².

Потребление энергии человечеством (среднее значение к общей площади земной поверхности) в настоящее время составляет около 20 мВт/м², из которых 4 мВт/м² в виде электрической энергии (Lu et al., 2009; Zhang et al., 2013). Геотермальный тепловой поток на поверхности земли в среднем по земному шару равняется 87 мВт/м² (Pollack et al., 1993); большая часть его проходит сквозь тонкую океаническую кору. Таяние ледников в период в 1992–2011 гг. составило 4260 млрд т (с погрешностью 28%, Vaughan et al., 2013). Исходя из площади земной поверхности (5,1x1014м²) и теплоты плавления льда (333,5 кДж кг–1), можно рассчитать, что за двадцатилетний период (или 6,3x108с) поверхностная плотность соответствующего потока энергии в среднем составит 4,4 мВт/м² (Feistel, 2017). Это значение практически совпадает с величиной потребления электрической энергии людьми. Еще одной формой накопления энергии в климатической системе является потепление атмосферы и, следовательно, парниковый эффект в узком смысле. Из величины атмосферного давления порядка 1000 гПа у поверхности земли вытекает, что масса столба воздуха будет равняться примерно 104кг м–2при теплоемкости около 1 кДж кг–1К–1. Допустим, за период 1951–2012 гг. величина глобального потепления составила 0,72° C (Hartmann et al., 2013), следовательно, получается 1,2° C за столетие; для этого потребуется «мощность нагрева» в среднем порядка 4 мВт/м² (Feistel, Ebeling, 2011; Feistel 2015, 2017). Это приблизительно соответствует количеству теплоты, уже выпущенной в ходе человеческого использования электроэнергии. Таким образом, вклад людей в производство энтропии и теплоты сопоставим с наиболее существенными глобальными климатическими эффектами.

Если бы каждый из более чем семи миллиардов жителей Земли (Brunner, 2016) потреблял поток ценной энергии мощностью лишь в 1 кВт, мы бы получили величину порядка 0,2 Вт на кв. метр нашего земного шара толщиной 12 тыс. км. Это примерно вдвое больше мощности фотосинтеза. Автовладелец, который ездит два-три часа в день (мощность – 100 кВт), проводит вечер у телевизора и пользуется еще несколькими электроприборами, может легко довести собственное энергопотребление до 200-300 киловатт-часов в день, что в среднем соответствует 10 кВт ценной энергии. Дальнейший неограниченный рост потребления ценной энергии абсолютно исключен. Вполне определенно можно утверждать, что мировое потребление более 10 кВт на одного жителя земли привело бы к всеобщему краху.Привилегированная пятая частьнаселения уже практически достигла этого уровня или даже превысила его; подобное поведение со стороны всего населения планеты обернулось бы энергетической и экологической катастрофой.

Настолько серьезные ограничения для дальнейшего роста, по меньшей мере, обусловлены все увеличивающимся загрязнением окружающей среды отходами, что связано со значительным увеличением энтропии. На разделение материалов затрачивается очень большое количество ценной энергии (значительный экспорт энтропии). С этим сопряжен тот факт, что, по-видимому, уже достигнуты пределы стабильности эколого-экономической системы «Земля». Отдельной серьезной проблемой является нарушение энергетического бюджета и эколого-экономического равновесия как следствие использования транспорта. Это приводит к чрезмерной эксплуатации ископаемых энергоносителей и ухудшению качества воздуха, которым мы дышим. Конечно, в определенной степени возросшая мобильность также способствует повышению качества жизни: например, мы имеем возможность на отдыхе знакомиться с другими странами и их культурой. Но есть и бессмысленная мобильность, которую человечество сейчас больше не может себе позволить. В Германию ввозят яблоки из Новой Зеландии, а в Гарце яблоки гниют на дереве. Значительную часть российского рынка захватывает дешевая немецкая водка, а местные компании терпят убытки. Каждый день в Германии миллионы баночек йогурта и бутылок пива везут к потребителю за сотни километров по перегруженным трассам, хотя прямо по соседству производятся йогурты и пиво. В прошлом люди фактически питались лишь теми продуктами, что производились в непосредственной близости от них; долгих транспортировок не было. Если сегодня прийти в супермаркет, там вряд ли найдется продукт, который не преодолел бы по меньшей мере ста километров, чтобы туда попасть; многие товары поставляются даже из Австралии и Новой Зеландии. Налоговая политика, благоприятствующая грузовым и воздушным перевозкам, и выделяемые на их развитие субсидии разрушают естественным образом сформировавшиеся цепи поставок и являются не чем иным как еще одним шагом на пути к экологическому самоубийству. Самый яркий пример – сегодняшняя Африка. Вследствие ошибочной политики, в соответствии с которой экспортировались оружие и продовольствие и импортировалось сырье, западные общества нанесли серьезный ущерб природным ресурсам этих стран. С вновь и вновь повторяющимися случаями голода борются поставками крупных партий пожертвованных дешевых продуктов, что, в свою очередь, приносит астрономическую прибыль пищевым концернам. Эта политика приводит к опасной нестабильности в отношениях между Европой и Африкой, уже проявляющейся, среди прочего, в растущем числе беженцев. Еще одна проблема – огромное количество упаковочных материалов, выбрасываемых с мусором. Далее назовем дорогостоящую рекламу, которая сегодня создается почти для каждого продукта; с экологической точки зрения это просто абсурд. Разрушает энергетический баланс и загрязняет окружающую среду также гигантское количество печатной продукции, которая производится современным обществом и по большей части выбрасывается непрочитанной. Это касается не только бумажной рекламы, но и массы газет, которые сегодня ежедневно печатаются, транспортируются и доставляются. Между тем большая часть этой бумажной продукции возвращается в цикл производства и потребления непрочитанной. Еще одна проблема состоит в продолжающемся нелепом увеличении количества официальных документов. Конечно же, величайший «грех» против разума – это войны, которые в нашем веке уже потребили огромное количество энергии и ресурсов для бессмысленных, в основном преступных, целей. Вместо того, чтобы сражаться с действительно жизненно важными проблемами, такими как война и голод, наблюдаемое сегодня повышение температуры объявили самой важной проблемой и направили все имеющиеся ресурсы на борьбу с ним.

Чтобы было ясно, мы не считаем неважной борьбу с изменением климата, хищнической эксплуатацией энергоресурсов, сырья и «зеленых» ресурсов. Однако мы полагаем, что обещать обществам прекращение повышения температуры, – это опасная иллюзия, когда для достижения этой цели принимаются такие краткосрочные меры, как запреты и повышение цен. Климатическая динамика – это мощный механизм, который мы плохо понимаем и с которым вряд ли удастся совладать политическими средствами. Мы также вынуждены констатировать, что все попытки снизить энергопотери и сократить негативное воздействие на окружающую среду до сих пор по большей части не увенчались успехом. Важно реалистично оценивать шансы на успех, а не ставить во главу угла надежды и обещания. Импульс развития современного общества был направлен на нещадную эксплуатацию имеющихся ресурсов. Теперь эта порочная динамика должна быть разорвана, и усилия должны быть направлены на разумные цели.

Прежде всего, необходимо остановить стремительное сокращение оставшихся зеленых зон нашей земли, лесов, лугов и болот и мобилизовать различные энергетические запасы. Это могут быть, например, иные источники энергии – скажем, ценная энергия выделяется при слиянии легких ядер. Вполне вероятно, что через сто лет таким образом удастся достичь нового баланса. Лучшей альтернативой, конечно же, является полный переход на использование энергии солнца и ветра. Естественно, использование большего количества энергии также означает необходимость справляться с большей энтропией. По нашему мнению, это все технические проблемы, которые человечество способно решить. При этом несмотря на нынешний всеобщий энтузиазм по поводу «возобновляемых источников энергии», не следует упускать из вида, что солнечные и ветряные электростанции расходуют огромное количество энергии и сырья, что срок их службы также ограничен и проблема безопасной утилизации еще вовсе не решена. Многие политики сейчас ведут себя так же, как это было в начале использования ядерной энергии: предсказаны большие перспективы, так что скрываются даже явные проблемы.

Какие новые пути можно себе представить? Одна из возможностей, которую сейчас уже можно наблюдать, состоит в том, что в будущем благодаря использованию высоких технологий многие виды деятельности можно будет осуществлять дома. Сейчас повсюду твердят об опасности Интернета. С нашей точки зрения, колонны грузовиков и эскадрильи самолетов, которые самым бессмысленным образом туда-сюда перевозят товары, представляют гораздо большую угрозу для человечества. В конце концов, Интернет – это высокая технология, которая потребляет относительно мало энергии. Ежедневные поездки людей на работу и с работы, как и на конференции по всему миру можно значительно сократить с помощью таких новых средств коммуникации. Новые решения также могут заключаться в том, что благодаря новым технологиям (включая генную инженерию) на порядок снижается промышленное использование энергии в процессе производства товаров или переработки отходов. Новая политика в области налогообложения и субсидирования, благоприятствующая технологиям местного производства продуктов питания и промтоваров, могла бы способствовать сокращению нелепых перевозок грузов по перегруженным трассам. Новые методы получения энергии и теплопередачи способны значительно сократить мировую добычу используемого для отопления ископаемого топлива (Jänicke et al., 1992). С уверенностью можно утверждать, что ожидаемый некоторыми переход транспорта на полностью автоматическое управление – это отнюдь не выход. Наоборот, было бы настоящим кошмаром представить себе, что в автоматизированном светлом будущем, как нам его рисуют некоторые политики, безопасность транспорта будет отдана на откуп автоматам без разума и морали, а пульт дистанционного управления может оказаться в руках в том числе и террористических групп.

Описанных выше целей не так просто достичь; они требуют как НИОКР, так и крупных инвестиций. Кроме того, они содержат в себе риски и опасности. Но в конце концов, эволюция всегда была поиском в поле неизвестных путей в будущее. Избегать рисков, с которыми сопряжены новые способы решения проблем, – значит обрекать себя на стагнацию, а это «умная тактика в краткосрочной перспективе, но в долгосрочной перспективе смертельная стратегия». До сих пор эволюция всегда находила новые решения, в том числе и в сложных ситуациях. В духе Блоха мы не должны отказываться от «принципа надежды».

Мы не станем подробнее рассматривать проблему роста населения на нашей планете, хотя нет сомнений в том, что она принадлежит к числу самых животрепещущих. В любом случае между численностью населения и биологическими ресурсами каждой страны всегда должен сохраняться разумный баланс. В данной идеологически нагруженной области, очевидно, особенно трудно донести мысль о том, что отказ от разумных решений в настоящем может означать миллионы смертей в будущих поколениях. Важное значение имеет дальнейшее развитие этики, поскольку она помогает нам находить ответы на многие насущные вопросы (Hörz, Hörz, 2013). В следующем разделе мы рассмотрим некоторые из наиболее актуальных вопросов с точки зрения стратегий построения будущего.


мы все еще можем

выбирать будущее.

О.К. Флехтхайм


7. Возможные стратегии построения будущего в Европе?

ФутурологОсипК. Флехтхаймвсвоейработе «Ist die Zukunft noch zu retten?» («Возможно ли еще спасти будущее?») проанализировал возможные, вероятные и желательные – с его точки зрения – сценарии будущего, ожидающего человеческое общество и его естественную среду обитания на нашей планете (Flechtheim, 1990). Согласно Хёрцу (Hörz, 2009), материалистическая диалектика является актуальным инструментом мышления в деле построения будущего. На наш взгляд, в том, что касается построения будущего, речь идет об основных вопросах, которые не только имеют определенный мировоззренческий и политический аспект, но и связаны с нашей темой – принципами самоорганизации и эволюцией. По этой причине мы хотим проанализировать четыре вопроса о будущем Европы с точки зрения теории самоорганизации и синергетики.

Поскольку нам недоступны данные об итогах эволюционных процессов на других планетах и, с другой стороны, мы сами являемся акторами эволюционного процесса на нашей планете, проблема построения нашего будущего приводит нас к границе между знанием и гипотезами – иначе говоря, умозрением. Утопии являются вполне законной составляющей исследований будущего (Bloch, 1985; Voßkamp, 1985; Dahrendorf, 1986; Hörz, 2009).

Ведущий принцип стратегий построения будущего – своевременное противодействие предсказуемой нестабильности. Среди примеров подобной предсказуемой нестабильности в современном мире – нарастающий антагонизм между богатыми и бедными, Западом и Востоком, Севером и Югом. Эти противоречия, если их не устранить, могут привести к опасной нестабильности, которая однажды может выйти из-под контроля (Chomsky, 2015; Lüders, 2016).

В принципе не предсказуемые катастрофы, такие как последствия извержений вулканов и экологические последствия воздушных войн, должны всегда приниматься в расчет, в качестве возможных явлений, способных внезапно радикально ухудшить жизненные условия. Близорукая политика, ориентирующаяся лишь на следующие выборы, просто безответственна. Вообще говоря, никогда нельзя исключать «злой случай».

Как мы показали, существующие диспропорции на нашей планете являются результатом ничем не сдерживаемой самоорганизации и неконтролируемой нестабильности современного человеческого общества. Далее мы заключили, что важнейшее изменение должно состоять в том, чтобы человеческие устремления и человеческая изобретательность были в первую очередь направлены не на максимальное повышение собственного благосостояния в данный момент, а на благосостояние детей и внуков по всей планете.

Теорию самоорганизации и синергетику, как нам представляется, следует использовать для поиска путей построения будущего, пригодного для жизни человечества. Основная идея нашей стратегии «спасения будущего» такова: контролируемая самоорганизация, ограниченная необходимостью соблюдения энергетического баланса и экологическими требованиями; при этом ее пространство свободы охватывает как духовно-культурную сферу, так и экологические технологии. Подобно тому, как тысячи лет назад в результате творческого поиска человечество изобрело правила поведения, которые сделали возможным его выживание как группы, семьи, деревни, города или государства, сегодня требуются колоссальные творческие усилия для того, чтобы выработать правила поведения, которые обеспечат глобальное выживание человеческого вида на нашей планете.

Резюмируем еще раз самые важные идеи. Для того, чтобы построить будущее, пригодное для жизни наших детей, внуков и правнуков, нужны новые формы самоорганизации человеческого сосуществования и взаимодействия с природой. Рост по-прежнему возможен, даже необходим, однако он должен быть направлен в другую сторону. Экстенсивный рост, сопряженный с повышением энергетических и экологических затрат, превратился в экзистенциальную угрозу.


Экономические и экологические стратегии построения будущего

На смену экстенсивному росту должен прийти интенсивный рост, в первую очередь связанный с новыми «зелеными» изобретениями и экологическими технологиями. В качестве примера рассмотрим Интернет, совершенно новую коммуникационную технологию, требующую достаточно низких энергозатрат (Rifkin, 2014). Сегодня многие люди, считающие себя дальновидными, предупреждают об опасности Интернета. Конечно же, нельзя закрывать глаза на связанные с ним проблемы, но они, безусловно, малы в сравнении с экзистенциальной угрозой, сопряженной с такими новыми стилями поведения богатых в развитых странах, как стремление иметь, по крайней мере, один автомобиль или даже внедорожник на человека, как, например, путешествия вокруг света на роскошных яхтах, короткие каникулы на другом конце света, прыжки с парашютом или банджи-джампинг по выходным и т.п. Подобные энергозатратные привычки ведут людей в неверном направлении, приближая нас к коллективному экологическому самоубийству. В любом случае, вечерний серфинг в Интернете представляет собой меньшую нагрузку для нашей планеты, нежели поездка на внедорожнике по окрестным лесам. Люди, которые в свободное время сочиняют стихи или танцуют, поют или пишут книги, бесспорно, ведут себя экологичнее, чем любители дальних путешествий на самолете или на быстрых тяжелых машинах. Тот, кто большей частью покупает продукты, которые были изготовлены поблизости, вносит свою лепту в сокращение постоянно растущих транспортных расходов и содействует тому, что дороги становятся менее загруженными.

Пока не существует проверенных рецептов ни в плане разработки новых энергосберегающих и экологических технологий, ни в отношении новых форм потребительского поведения и проведения досуга. Способы построения будущего, которое обеспечит выживание человеческого рода, не являются изначально запрограммированными; их необходимо найти в процессе длительного адаптивного поиска из огромного разнообразия потенциальных возможностей путем оценки и оптимизации. Следующие моменты, на наш взгляд, являются ключевыми при поиске таких способов:

- ограниченная самоорганизация и контроль над нестабильностью;

- разнообразие видов и форм движения материи, способов мышления и жизненных стилей;

- самоограничение термодинамических и экологических затрат;

- творчество, инновационность, терпимость;

- соблюдение интересов будущих поколений;

- готовность изменить свой образ жизни;

- безоговорочное прекращение войн с использованием оружия массового уничтожения.

Чтобы донести эти относительно абстрактные требования до сведения большого круга людей, возможно, стоит их наглядно сформулировать в виде пяти заповедей:

1-я заповедь: каждый человек обязан придерживаться допустимого с экологической точки зрения среднего норматива потребления ценной энергии (производства энтропии). Неоправданное превышение этого среднего показателя является экологическим «смертным грехом». За него общество заставит платить прогрессивно повышающимися издержками или налогами.

2-я заповедь: каждый человек обязан оберегать и сохранять природную среду, людей, животных, растения и особенно леса. Любое причинение вреда природе является «грехом», угрожающим самому нашему существованию, и будет наказываться издержками и штрафами. Бомбардировки запрещены; они являются «смертным грехом».

3-я заповедь: каждый человек обязан сделать обеспечение высокого качества жизни будущих поколений своим основным приоритетом. Люди должны осознать, что рост численности мирового населения и его общий оборот энергии и сырья также должны соотноситься со стратегиями энергосбережения.

4-я заповедь: каждый человек обязан поддерживать и поощрять разнообразие, если оно не нарушает энергетический баланс и не наносит вреда окружающей среде. Разнообразие биологических видов и человеческих культур необходимо защищать и развивать. Разнообразие – это право. Никто не имеет права навязывать свой образ жизни и ценности другим людям, группам, народам.

5-я заповедь: каждый человек обязан содействовать творчеству, инновациям и поиску новых решений. Нетерпимость, ограничивающая творчество других людей, также является «грехом». Нельзя отгораживаться от необходимых изменений; их нужно принимать и двигаться вперед.

В заключение отметим, что заповеди, носящие характер морального императива, в отсутствие законов или предписаний, вообще говоря, не являются обязательными к исполнению. Необходимо привлекать к этой работе общественные организации, партии, государство, как и международные организации. Мы также ссылаемся на заслуживающее внимания исследование, в котором предпринимается попытка разработать принципы этики неомодерна (Hörz, Hörz 2013); данная работе закладывает надежную основу для решения этих вопросов.

Как бы могло выглядеть политическое будущее Европы? Европа должна быть в авангарде решения ключевых для будущего развития проблем. В Европе, а именно в Греции, родилась идея демократии; Англии мы обязаны изобретением парламентской системы, а Французская революция утвердила руководящие принципы – «Liberté, égalité, fraternité». Европейские женщины, такие как Олимпия де Гуж и Клара Цеткин, содействовали движению за равноправие женщин, в то время как Берта фон Зутнер и Роза Люксембург, выступившие с лозунгом «больше никаких войн», стали ключевыми фигурами антивоенного движения. Здесь не стоит распространяться о том, какими техническими достижения мир обязан Европе, но скажем лишь, что для великих изобретателей Европа была единым пространством – таковой, например, она была для Вернера фон Сименса, который в 1852 г. получил крупный европейский заказ на строительство телеграфных линий из Варшавы в Петербург и из Петербурга в Москву.

Каковы политические задачи, которые сейчас необходимо решить? Основная цель – и это должны осознать все – заключается в обеспечении соблюдения принципов Французской революции – свободы, равенства и братства. В последнее время в средствах массовой информации можно услышать только требование большей «свободы», слово «демократия» произносят редко, тогда как слово «братство» вообще практически не упоминается. Свободы для некоторых недостаточно. Следующей по важности является задача значительного сокращения расходов на вооружение. Запланированное Евросоюзом увеличение расходов в данной сфере означает в том числе и возросшую опасность войны. Самая неотложная внешнеполитическая задача состоит в стабилизации соседнего с Европой континента – Африки, – а также Ближнего Востока. Внутри самой Европы было бы целесообразно и желательно восстановить Европу историческую, с опорой, например, на политику, близкую к той, что была характерна для Австрии до Первой мировой войны и для таких дальновидных политиков и предпринимателей, как Бисмарк, Сименс и Ратенау. Кроме того, учитывая предстоящие климатические изменения, сопряженные с повышением температуры, необходимо совместно и мирно осваивать ранее интенсивно не использовавшиеся сельскохозяйственные площади в Восточной Европе, а в отдаленном будущем – и в восточной Сибири. Особенно важно и дальше развивать существующее в Европе этническое, языковое, социальное, духовное и культурное многообразие.

Что касается будущего Европы, с нашей точки зрения, необходимо оказывать решительное сопротивление устремлениям некоторых сторон снова вбить клин между Восточной и Западной Европой, возможно, даже начать новую войну. В свете европейской истории и прогнозируемых в следующие 100-1000 лет климатических изменений это было бы совершенно неудачной, недальновидной и даже катастрофической стратегией, способной вновь вовлечь Европу в пучину конфликтов и оставить без каких-либо будущих перспектив. Все еще сохраняется «принцип надежды», что нам удастся воплотить в жизнь утопию мирной Европы и человечества, которое будет разрешать конфликты мирным путем и сможет добиться умеренного благополучия для всех, не уничтожив при этом окружающую среду.


8. Литература

Anishchenko, V.S., Astakhov, V.V., Neiman, A.B., Vadivasova, T.E., Schimansky-Geier, L., Nonlineardynamicsofstochasticandchaoticsystems, SpringerHeidelberg 2002

Anishchenko, V.S., Ebeling, W., Romanovsky, Yu.M. (eds.), Yu. Klimontovich: Erinnerungen von Kollegen und persönliche Bemerkungen zu Wissenschaftlern (in Russ.), College Saratov 2005

Bak, P., Chen, K., Selbstorganisierte Kritizität, Spektrum der Wissenschaft März 1991

Barkhausen, H., Das Problem der Schwingungserzeugung mit besonderer Berücksichtigung schneller elektrischer Schwingungen, Hirzel Leipzig 1907

Behringer, W., Kulturgeschichte des Klimas: Von der Eiszeit bis zur globalen Erwärmung, C.H. Beck München 2007; англ. пер.: Polity Cambridge 2010

Bloch, E., Das Prinzip Hoffnung, Suhrkamp Frankfurt/M. 1985

Bojanowski, A., Zum UNO-Bericht, Spiegel-Online 27. Sept. 2013

Bothe, H.G., Ebeling, W., Kurzhansky, A.B., Peschel, M. (eds.), Dynamical systems and environmental models, Akademie-Verlag Berlin 1987

Brunner, G., Technische Optionen der Energieversorgung. In: Joos, F. (ed.), Energiewende – Quo vadis? Springer Fachmedien Wiesbaden 2016, S. 7-18

Bunde, A., Kropp, J., Schellnhuber, H.J. (eds), The science of disasters, Springer Berlin-Heidelberg 2002

Capra, F., Wendezeit, Scherz-Verlag Bern-München 1983

Chernavsky, D.S., Synergetik und Information (in Russ.), Nauka Moskau 2001

Chomsky, N., Wer beherrscht die Welt? Die globalen Verwerfungen der amerikanischen Politik, Ullstein Berlin 2015

Conrad, M., Adaptability: The significance of variability from molecule to ecosystems, Plenum New York 1983

Cramer, F., Chaos und Ordnung: Die komplexe Struktur des Lebendigen, Insel Verlag Frankfurt/M. 1993

Dahrendorf, R., Pfade aus Utopia, Piper-Verlag München-Zürich 1986

Dosi, G., Freeman, Ch., Nelson, R., Silverberg, G., Soete, L. (eds.), Technical change and economic theory, Pinter London 1988

Dress, A., Hendrichs, H., Küppers, G. (Hrsg.), Selbstorganisation, Piper-Verlag München-Zürich 1986

Ebeling, W., Strukturbildung bei irreversiblen Prozessen: Einführung in die Theorie dissipativer Strukturen, Teubner Leipzig-Stuttgart 1976; рус. пер.: Mir Moskau 1979; перераб. рус. пер.: Fassung R&C Dynamics Moskau-Ishevsk 2003

Ebeling, W., Chaos, Ordnung und Information, Urania-Verlag / Verlag H. Deutsch Leipzig-Frankfurt/M. 1989

Ebeling, W., Klimaschwankungen aus der Sicht der statistischen Physik und Chaostheorie, Leibniz Online, Nr. 17 (2015),https://leibnizsozietaet.de/wp-content/uploads/2015/02/ebeling.pdf

Ebeling, W., Physical basis of information and the relation to entropy, Eur. J. Phys. ST 226, 161-176 (2016)

Ebeling, W., Engel, A., Feistel, R., Physik der Evolutionsprozesse, Akademie-Verlag Berlin 1990; рус. пер.: URSS Moskau 2001

Ebeling, W., Engel, H., Herzel H., Selbstorganisation in der Zeit, Akademie-Verlag Berlin 1990

Ebeling, W., Feistel, R., Physik der Selbstorganisation und Evolution, Akademie-Verlag Berlin 1982, 1986

Ebeling, W., Feistel, R., Chaos und Kosmos, Prinzipien der Evolution, Springer Spektrum Heidelberg-Berlin-Oxford 1993; рус. пер.: R&C Dynamics Moskau-Ishevsk 2004

Ebeling, W., Freund, J., Schweitzer, F., Komplexe Strukturen: Entropie und Information, Teubner-Verlag Stuttgart-Leipzig 1998

Ebeling, W., Peschel, M. (eds.), Lotka-Volterra approach to cooperation and competition in dynamic systems, Akademie-Verlag Berlin 1985

Ebeling, W., Scharnhorst, A., Modellierungskonzepte der Synergetik und Theorie der Selbstorganistation. In: N. Braun, N. Saam (eds), Handbuch Modellbildung und Simulation in den Sozialwissenschaften, Springer Wiesbaden 2014, S. 419-452

Eigen, M., Self-organization of matter and the evolution of biological macromolecules, Naturwissenschaften 58, 465 (1971)

Eigen, M., Stufen zum Leben: Die frühe Evolution im Visier der Molekularbiologie, Piper-Verlag München-Zürich 1987

Eigen, M., Schuster, P., The hypercycle: A principle of natural self-organization, Naturwissenschaften 64, 443-565 (1977)

Erpenbeck, J., Wollen und Werden, Universitätsverlag Konstanz 1993

Fechner, G.T., Einige Ideen zur Schöpfungs- und Entwicklungsgeschichte der Organismen, Breitkopf & Härtel Leipzig 1873

Feistel, R., Ritualisation und die Selbstorganisation der Information. In: U. Niedersen, L. Pohlmann (eds.), Selbstorganisation und Determination, Duncker & Humblot Berlin 1990, S. 83-98.

Feistel, R., Salinity and relative humidity: Climatological relevance and metrological needs, Acta IMEKO 4, 57-61 (2015), doi: IMEKO‐ACTA‐04 (2015)‐04‐11

Feistel, R., Salzgehalt des Meeres und relative Feuchte der Luft: Rolle im Klimasystem und Probleme ihrer Definition, Leibniz Online, Nr. 25 (2017),https://leibnizsozietaet.de/wp-content/uploads/2017/01/Feistel.pdf

Feistel, R., Ebeling, W., Evolution of complex systems, Kluwer Dordrecht-Boston-London 1989

Feistel, R., Ebeling, W., Physics of self-organization and evolution, Wiley-VCH Verlag Weinheim 2011

Feistel, R., Ebeling, W., Entropy and the self-organization of information and value, Entropy 18, 193 (2016), doi:10.3390/e18050193

Flechtheim, O.K., Ist die Zukunft noch zu retten? Heyne Verlag München 1990

Gebhardt, G., Hermann Ley als Nestor einer Nische für freies Denken in einer erstarrten Gesellschaft. In: K.-F. Wessel et al., Hermann Ley – Denker einer offenen Welt, USP Publ. Kleine Verlag Grünwald 2012, S. 317-339

Glansdorff, P., Prigogine, I., Thermodynamic theory of structure, stability and fluctuations, Wiley London 1971; рус. пер.: Mir Moskau 1973

Gleick, J., Chaos – die Ordnung des Universums: Vorstoß in Grenzbereiche der modernen Physik, Droemer-Knaur München 1988

Gould, S.J. (Hrsg.), Das Buch des Lebens, vgs Verlag Köln 1993

Haken, H., Synergetik: Eine Einführung, Springer-Verlag Berlin-Heidelberg-New York 1978; рус. пер.: Mir Moskau 1980

Haken, H., Erfolgsgeheimnisse der Natur, Dt. Verlagsanstalt Stuttgart 1981

Haken, H., Information and self-organization, Springer Berlin-Heidelberg-New York 1988; рус. пер.: Mir Moskau 1991

Haken, H., Haken-Krell, M., Entstehung von biologischer Information und Ordnung, Wiss. Buchgesellschaft Darmstadt 1989

Haken, H., Haken-Krell, M., Erfolgsgeheimnisse der Wahrnehmung, Dt. Verlagsanstalt Stuttgart 1992

Haken, H, Plath, P.J., Ebeling, W., Romanovsky, Yu.M., Beiträge zur Geschichte der Synergetik: Allgemeine Prinzipien der Selbstorganisation in Natur und Gesellschaft, Springer Spektrum Wiesbaden 2016; рус. пер.: R&C Dynamics Moskau-Ishevsk 2017

Hartmann, D.L., Klein Tank, A.M.G., Rusticucci, M., Alexander, L.V., Brönnimann, S., Charabi, Y., Dentener, F.J., Dlugokencky, E.J., Easterling, D.R., Kaplan, A., Soden, B.J., Thorne, P.W., Wild, M., Zhai, P.M., Observations: Atmosphere and surface. In: Climate change 2013: The physical science basis. Contribution of Working group I to the Fifth assessment report of the Intergovernmental panel on climate change [T.F. Stocker, D. Qin, G.-K. Plattner, M. Tignor, S.K. Allen, J. Boschung, A. Nauels, Y. Xia, V. Bex, P.M. Midgley (eds.)], Cambridge University Press Cambridge (UK)-New York 2013

Hasselmann, K., Is climate predictable? In: A. Bunde et al., (eds), The science of disasters, Springer Berlin-Heidelberg 2002, S. 140-169

Hörz, H., Materialistische Dialektik: Aktuelles Denkinstrument zur Zukunftsgestaltung, trafo Verlag Berlin 2009

Hörz, H. Ist Marxismus noch zeitgemäß? Erfahrungen, Analysen, Standpunkte, trafo Verlag, Berlin 2016

Hörz, H.E., Hörz, H., Ist Egoismus unmoralisch? Prinzipien einer neomodernen Ethik, trafo Verlag Berlin 2013

Jänicke, M., Mönch, H., Binder, M. et al., Umweltentlastung durch industriellen Strukturwandel, Bohn Verlag Berlin 1992

Kaplan, R.W., Der Ursprung des Lebens, Georg Thieme Verlag Stuttgart 1978

Kauffman, S.A., The origins of order, Oxford University Press New York-Oxford 1993

Klimontovich, Yu.L., Turbulent motion: The structure of chaos, Kluwer Dordrecht 1991

Klimontovich, Yu.L., Anstriche zu den Porträts von Wissenschaftlern und offene Fragen der statistischen Physik (in Russ.), Janus Moskau 2005

Klix, F., Die Natur des Verstandes, Hogrefe-Verlag Göttingen 1992

Komlosy, A., Arbeit: Eine globalhistorische Perspektive. 13. bis 21. Jahrhundert, Promedia Verlag Wien 2015. См. рецензию: Dill, H.O. Andrea Komlosy, Arbeit: Eine globalhistorische Perspektive. 13. bis 21. Jahrhundert, Leibniz Online, Nr. 26 (2017),https://leibnizsozietaet.de/wp-content/uploads/2017/02/Dill_Rz.pdf

Komlosy, A., Arbeit: Eine globalhistorische Perspektive. 13. bis 21. Jahrhundert. Eine Buchvorstellung, Leibniz Online, Nr. 27 (2017),https://leibnizsozietaet.de/wp-content/uploads/2017/03/Komlosy.pdf

Krohn, W., Küppers, G. (Hrsg.), Selbstorganisation: Aspekte einer wissenschaftlichen Revolution, Vieweg & Sohn Braunschweig-Wiesbaden 1990

Küppers, B.-O., Ordnung aus dem Chaos: Prinzipien der Selbstorganisation und Evolution des Lebens, Piper-Verlag München-Zürich 1987

Kurths, J., Herzel, H., An attractor in a solar time series, Physica D 25, 165 (1987)

Landa, P., Autooscillations (in Russ.), Nauka Moskau 1980

Landa, P., Nonlinear oscillations and waves (in Russ.), Nauka Moskau 1997

Landa, P., Regular und chaotic oscillations, Springer Berlin-Heidelberg 2001

Lanius, K., Natur im Wandel, Springer Spektrum Heidelberg 1994

Lu, X., McElroy, M.B., Kiviluoma, J., Global potential for wind-generated electricity, Proceedings of the National Academy of Sciences of the United States of America 106, 10933-10938 (2009), doi: 10.1073/pnas.0904101106

Lüders, M., Wer den Wind sät: Was westliche Politik im Orient anrichtet, Beck-Verlag München 2016

Mahnke, R., Schmelzer, J., Röpke, G., Nichtlineare Phänomene und Selbstorganisation, Teubner-Verlag Stuttgart 1992

Mandelbrot, B.B., Die fraktale Geometrie der Natur, Birkhäuser-Verlag Basel 1987

Marois, M. (ed.), Theoretical physics and biology, North Holland Amsterdam 1969

Meier, K., Strech, K.-H., Tohuwabohu: Chaos und Schöpfung, Aufbau-Verlag Berlin 1991

Mikhailov, A.S., Foundations of synergetics I, Springer Berlin-Heidelberg-New York 1989

Mikhailov, A.S., Loskutov, A.Yu., Foundations of synergetics II, Springer Berlin-Heidelberg-New York 1991

Nicolis, G., Prigogine, I., Self-organization in nonequilibrium systems: From dissipative structures to order through fluctuations, Wiley New York 1977; рус. пер.: Mir Moskau 1979

Nicolis, G., Prigogine, I., Die Erforschung des Komplexen, Piper-Verlag München-Zürich 1987

Parthey, H. (Hrsg.), Das Neue: Seine Entstehung und Aufnahme in Natur und Gesellschaft, Akademie-Verlag Berlin 1990

Peitgen, O., Richter, P.H., The beauty of fractals: Images of complex dynamical systems, Springer Berlin-Heidelberg 1986

Peschel M., Mende, W., The predator-prey model: Do we live in a Volterra world? Akademie-Verlag Berlin 1986

Pollack, H.N., Hurter, S.J., Johnson, J.R., Heat flow from the Earth’s interior: Analysis of the global data set, Reviews of geophysics 30, 267-280 (1993)

Prigogine, I., Thermodynamics of irreversible processes, Desoer Liège 1947

Prigogine, I., Structure, dissipation and life. In: M. Marois (ed.), Theoretical physics and biology, North Holland Amsterdam 1969, p. 23-52

Prigogine, I., From being to becoming, Freeman San Francisco 1980; рус. пер.: Nauka Moskau 1985

Prigogine I., Defay, R., Chemical thermodynamics, Longmans London 1954

Prigogine, I., Nicolis, G., On symmetry‐breaking instabilities in dissipative systems, J. Chem. Phys. 46, 3542 (1967)

Prigogine, I., Stengers, I., Dialog mit der Natur, Piper-Verlag Heidelberg-München 1981

Radkau, J., Geschichte der Zukunft: Prognosen, Visionen, Irrungen in Deutschland von 1945 bis heute, Hanser München, 2017

Riedl, R., Evolution und Erkenntnis, Piper-Verlag München-Zürich 1982

Rifkin, J., The zero marginal cost society: The internet of things, the collaborative commons, and the eclipse of capitalism, Palgrave Macmillan New York 2014

Romanovsky, Yu.M., Stepanova, N.V., Chernavsky, D.S., Mathematische Modellierung in der Biophysik (in Russ.), Nauka Moskau 1975; англ. пер.: R&C Dynamics Moskau-Ishevsk 2004

Romanovsky, Yu.M., Stepanova, N.V., Chernavsky, D.S., Mathematische Biophysik (in Russ.), Nauka Moskau 1984

Ruelle, D., Zufall und Chaos, Springer Berlin-Heidelberg 1993

Sagan, C., Die Drachen von Eden, Droemer Knaur München-Zürich 1978

Schroeder, M., Fractals, chaos, power laws, Freeman & Co New York 1991

Schuster, H.G., Deterministisches Chaos, Wiley-VCH Verlag Weinheim 1984

Self, S., The effects and consequences of very large explosive volcanic eruptions, Phil. Trans. R. Soc. A 364, 2073-2097 (2006)

Stiglitz J., The Stiglitz report, The New Press New York 2010, ISBN978-1595585202

Stratonovich, R.L., Selected topics in the theory of random noise (in Russ.), Sov. Radio Moskau 1961; англ. пер.: Gordon & Breach Philadelphia 1963, 1967

Stratonovich, R.L., Nonlinear nonequilibrium thermodynamics, Springer Berlin 1994

Vaughan, D.G., Comiso, J.C., Allison, I., Carrasco, J., Kaser, G., Kwok, R., Mote, P., Murray, T., Paul, F., Ren, J., Rignot, E., Solomina, O., Steffen, K., Zhang, T., Observations: Cryosphere. In: Climate change 2013: The physical science basis. Contribution of Working group I to the Fifth assessment report of the Intergovernmental panel on climate change [T.F. Stocker, D. Qin, G.-K. Plattner, M. Tignor, S.K. Allen, J. Boschung, A. Nauels, Y. Xia, V. Bex, P.M. Midgley (eds.)], Cambridge University Press Cambridge (UK)-New York 2013

Volkenstein, M.V., Biophysics (in Russ), Nauka Moskau 1981; англ. пер.: Nauka Moscow 1983

Voßkamp, W. (Hrsg.), Utopieforschung, Suhrkamp Frankfurt/M. 1985

Weizsäcker, E.U. v., Erdpolitik: Ökologische Realpolitik an der Schwelle zum Jahrhundert der Umwelt, Wiss. Buchgesellschaft Darmstadt 1990

Wessel, K.F., Laitko, H., Diesner, T., Hermann Ley – Denker einer offenen Welt, USP Publ. Kleine Verlag Grünwald 2012

Zhabotinsky, A.M., Schwingungen der Konzentration (in Russ.), Nauka Moskau 1974

Zhang, G.J., Cai, M., Hu, A., Energy consumption and the unexplained winter warming over northern Asia and North America, Nature Climate Change 3, 466-470, doi: 10.1038/nclimate1803 (2013)

Пер. с нем. Я.В. Евсеевой

Сведения об авторах:

Вернер Эбелинг – профессор, Институт физики, Берлинский университет им. Гумбольдта; Лейбницевское объединение ученых, Берлин.

Райнер Файстель – профессор, Институт исследований Балтийского моря им. Лейбница в г. Варнемюнде; Лейбницевское объединение ученых, Берлин.

Werner Ebeling – Professor, Institut für Physik, Humboldt-Universität Berlin, Leibniz-Sozietät.

Rainer Feistel – Professor, Leibniz-Institut für Ostseeforschung Warnemünde, Leibniz-Sozietät.


1Selbstorganisation in Natur und Gesellschaft und Strategien

zur Gestaltung der Zukunft.